Коридор Хогвартса. Джеймс Поттер и Почти-Безголовый-Ник.
          
          Почти-Безголовый-Ник: Приветствую тебя, Джеймс!
          Джеймс Поттер: Сэр Николас! …Послушайте, сэр Николас… Я хотел у Вас спросить, отчего появляются призраки? Ну, то есть, почему некоторые люди после смерти становятся привидениями?
          Почти-Безголовый-Ник: Не от хорошей жизни, Джеймс… Бывает, что дух человека, погибшего внезапной и страшной смертью, или подвергшегося особенно мучительной расправе, испытавшего в свой последний час ужасные муки, дух жертвы жестокого убийства от потрясения не может найти дороги на небо и бродит неупокоенный по земле. Вот я, думаешь, мне приятно было, когда мне сорок пять раз рубили тупым топором по шее… Но мне еще повезло… Некоторые из тех, кому башку отхватили напрочь, до скончания времен обречены скитаться в поисках утерянной части тела. Но чаще всего призрак не может уйти в мир духов и обрести покой до тех пор, пока не будут завершены его дела на земле. Бывает, что дух возращается, чтобы отомстить своему убийце. Призраки охраняют своих близких, или приходят, чтобы предупредить их об опасности или сообщить что-то важное. А почему ты спрашиваешь об этом?
          Джеймс Поттер: Так… Просто… Привиделось…
          
          Затемнение
          


          Кабинет Дамблдора.
          
          Феникс: Твои труды увенчались успехом, Альбус, и мы, хвала Мерлину, определились с датой моего следующего магического перерождения – 31 июля сего года. Пора готовиться. Когда работать-то начнем? Наверху уже волнуются. Твой лучший друг начал выходить из-под контроля.
          Дамблдор: (вздыхая) Ни сна, ни отдыха измученной душе. Сам знаешь, у меня все схвачено.
          Феникс: Что-то ты не рад. Не грузись, я таких как ты в предыдущих циклах много повидал. Все сперва плачут, а потом ничего, даже нравиться начинает.
          Дамблдор: Отстань, и без тебя тошно.
          Феникс: Да, Альбус, ты уже не тот, что прежде. Каким ты был! Подающим надежды ученым, молодым и прекрасным, а теперь стал каким-то садистом-извращенцем, язвительным и безжалостным.
          Дамблдор: А как мне еще сохранить ясность рассудка, учитывая то, что вы заставляете меня сделать?
          Феникс: Эти люди, которых ты собрал вокруг себя…
          Дамблдор: Это все верные мне люди.
          Феникс: Труппа уродов проездом. Паноптикум какой-то. Страдающий манией преследования шизофреник из сумасшедшего дома, умственно-отсталый полувеликан-зоофил, не вылезающий из ЛТП по пьянству, нищий многодетный неудачник… какие-то отбросы общества!
          Дамблдор: Я истинный демократ. К тому же они все благодарные мне люди и готовы умереть за меня.
          Феникс: Будем надеяться.
          Дамблдор: Избавь от своих пошлых шуток. И вообще, не все ли вам равно, я же делаю все, что вы приказываете.
          Феникс: А этот зоопарк на дому! Какая-то крыса и эта собака Блэк, он же был в колонии для несовершеннолетних преступников, он и в Хогвартсе не оставил своих привычек. Один оборотень чего стоит! Где ты его только нарыл? Долго искал, наверное.
          Дамблдор: А что? Уж и развлечься нельзя. Я скучаю.
          Феникс: Смотри, будь осторожен с *мародерами*. Ты слишком много позволяешь этим хулиганам. Как бы они не сели тебе на шею.
          Дамблдор: Ничего, я всегда смогу прижать их к ногтю.
          Феникс: А этот милый проказник, этот юродивый Поттер, всюду таскающийся со своей метелкой!
          Дамблдор: Вот только бедного Поттера трогать не надо!
          Феникс: Да, он отличается от других. Он у тебя получился таким хорошим. Даже слишком. Таких не бывает.
          Дамблдор: (с надрывом) Так поэтому вы и… Он что, слишком хорош, чтобы жить?
          Феникс: Не вздумай пойти на попятный. Мы уже обо всем договорились. Будь проще.
          Дамблдор: Как я могу, Фоукс!
          Феникс: Разговорчики в строю!
          Дамблдор: Так, один из моих миленьких гриффиндорчиков идет сюда. Приготовлюсь.
          
          Входит Джеймс Поттер.
          
          Джеймс Поттер: Хэллоу, проф! Вызывали? (садится, развалясь, в кресло, кладет ноги на стол)
          Дамблдор: Сними ноги со стола и встань, когда разговариваешь с директором!
          
          Джеймс Поттер нехотя встает.
          
          Дамблдор: (мнется) Поттер… э-э-э… Как ты вообще поживаешь?
          Джеймс Поттер: Вашими молитвами, Вашими молитвами, отлично, сэр, а что?
          Дамблдор: Джеймс… ну-у… (мнется, наконец решается) Послушай, Джеймс, я хотел поговорить с тобой… Вот ты заканчиваешь школу, что ты думаешь о своей жизни?
          Джеймс Поттер: Пока идет война, никто не может быть счастлив, сэр. Но война окончится.
          Дамблдор: Ты говоришь так уверенно.
          Джеймс Поттер: Война не может длиться вечно, сэр.
          Дамблдор: Дитя мое… Но кто победит?
          Джеймс Поттер: Радость, счастье, гармония, сэр. Иначе и быть не может. Хрупкий цветок всегда пробивается сквозь холодные камни.
          Дамблдор: Если его не раздавят железным сапогом...
          Джеймс Поттер: Это не меняет общего принципа. Человеку приятнее, когда его любят, чем когда мучат.
          Дамблдор: (растроганно) Как хорошо ты говоришь… как утешительно… Но Вольдеморт силен. Как победить его?
          Джеймс Поттер: Я должен встретиться с ним, поговорить. Лорд Тьмы должно быть очень несчастен. Все можно решить мирным путем. Мысль об убийстве глубоко противна мне. Насилие ни к чему не может привести. Кровь должна перестать литься. Я уверен, что мне удастся… Я чувствую в себе огромную силу!
          Дамблдор: (в сторону) Бедное мое дитя… Тебе удастся, о да, тебе удалось бы…
          Феникс: (в сторону, Дамблдору) Какого черта? Ты что, хочешь разбить всю игру? Смотри, наверху шутить не любят! Ты что, забыл правила? У тебя все равно ничего не выйдет!
          
          Дамблдор замирает.
          
          Джеймс Поттер: (Дамблдору) Что это Вы там бормочете?
          Дамблдор: Я говорю - узнаю гриффиндорскую храбрость!
          Джеймс Поттер: Надо бороться с грехом, а не с грешником, разве не так у Вас, если я не ошибаюсь?
          Дамблдор: Не все так просто, Поттер! Вольдеморт – не просто человек, одержимый злом, он уже не человек, он воплощение зла. Поэтому его надо уничтожить, только так.
          Джеймс Поттер: Мне очень жаль…
          Дамблдор: (в сторону) Он действительно дурачок… (собравшись с духом) Мне нужно открыть тебе кое-что. Видишь ли, Вольдеморта нельзя победить обычным средством. Древнее заклятие. Почти никто не знает об этом. Многие годы я бился, искал ответ. Задача, почти неразрешимая для человеческого ума: как одолеть эту чуму, такого сильного мага, как Вольдеморт? Мне потребовались долгие годы, никто не мог мне помочь. (Обиженно смотрит на феникса). Я должен был найти и я нашел. Теперь я знаю.
          
          Дамблдор замолкает и косится на феникса. Феникс смотрит каменным взглядом. Дамблдор не выдерживает и отворачивается.
          
          Дитя мое… мой лучший ученик…
          Джеймс Поттер: Вы мой учитель, мой любимый учитель, сэр! Всем, чем я стал, и что я знаю, я обязан Вам.
          Дамблдор: Всеобщий любимец, надежда школы, весельчак, один из самых сильных белых магов, каких я знал в своей жизни… Сердце мое радуется при взгляде на тебя…
          Джеймс Поттер: (почуя недоброе) Э-э-э… Все это очень интересно, сэр…Ну, я пойду… У нас завтра матч…
          Дамблдор: Сидеть! У меня дело до тебя, Поттер! Я хочу сделать тебе предложение, от которого ты не сможешь отказаться. (Шепчет Поттеру на ухо)
          Джеймс Поттер: (кричит) Нет, я не хочу умирать! Я еще слишком молод, чтобы умереть! Я так люблю жизнь! Я хочу жить!
          Дамблдор: Это единственный способ остановить Вольдеморта. Мы должны это сделать. Я долго думал. Другого выхода нет. Я этот-то способ еле придумал. Прости меня, дитя. Ах, если бы Вольдеморт никогда не родился на свет!
          Джеймс Поттер: Но почему я?
          Дамблдор: Ну… нужен такой святой…э-э-э… то есть такой положительный и храбрый парень как ты!
          Джеймс Поттер: Нет, я не положительный! Я очень плохой! Я… мне… Меня Вольдеморт на работу приглашал, вот.
          Дамблдор: Молчать! Мерзавцы! Вы меня все уже достали, *мародеры* чертовы! Затерроризировали всю округу, анимаги хреновы! Люди ночью на улицу выйти боятся! Мне уже надоело покрывать ваши выходки! Думаешь, я не знаю, что вы балуетесь Непростительными заклятиями?
          Джеймс Поттер: Откуда Вы все знаете, профессор?
          Дамблдор: А лимонную дольку не хочешь? Я много знаю такого, что тебе и не снилось.
          Джеймс Поттер: Нет, сэр, нет. Ну почему? Неужели Вам совсем не жаль меня?
          Дамблдор: Отметем эту реплику как несознательную. Не мне тебе объяснять. Вольдеморт становится сильнее день ото дня. Он одолевает нас. Нельзя более медлить.
          Джеймс Поттер: Как жестоко! У меня же вся жизнь впереди, прекрасная, милая сердцу жизнь! И потом, у меня должен родиться ребенок.
          Дамблдор: Ты, кажется, мечтал спасти мир.
          Джеймс Поттер: Да, я мечтал… И сейчас мечтаю! Я так люблю этот прекрасный мир! Он должен жить. Значит, ЭТО должен сделать я. Как трудно. Мерлин, дай мне сил.
          Дамблдор: Да, ты должен это сделать. Я так решил. Мужайся, дитя мое. В тебе есть тот огромный заряд светлой энергии, который поможет нам победить Вольдеморта. Он не простой маг, чтобы победить его мало простой человеческой воли и знаний, нужен духовный акт, самопожертвование.
          Джеймс Поттер: Но почему я должен Вас слушаться?
          Дамблдор: А ты еще не понял? Не я устанавливаю правила в этой игре, но я веду ее. Сопротивление бесполезно.
          Джеймс Поттер: За что Вы караете меня, Вашего верного ученика?
          Дамблдор: Ты сам говоришь, что ты верен мне. Ты – мой ученик. Я, можно сказать, создал тебя, все, что у тебя есть – от меня, и теперь, когда я требую, ты должен повиноваться. Именно потому, что ты – мой ученик, ты должен сделать это для меня. О, к кому мне еще обратиться?..
          Джеймс Поттер: Я понимаю.
          Дамблдор: Ты должен согласиться добровольно, это главное.
          Джеймс Поттер: Господи, да минует меня чаша сия, но не как я хочу, а как ты…
          Дамблдор: Вот так уже правильнее. И не ты первый, не ты последний, кто произносит эти слова!
          Джеймс Поттер: Я готов! Но я не думал, что Вы можете просить меня о таком. Я думал, что от Вас исходят только благодать и добро.
          Дамблдор: И откуда вы берете такую ерунду, что я добрый? Я всякое могу делать, все, что мне в голову взбредет. А ваше дело – воспринимать все мои действия как благодать, ибо это исходит от меня. От меня нет ни добра, ни зла, есть только действие. (в сторону) Все вы мои рабы, и для вас это высшее счастье. Когда вы поймете это и перестанете сопротивляться, кто тогда сможет одолеть вас! И вы узнаете истинное блаженство и свободу! (громче) Я избираю тебя на великую миссию.
          Джеймс Поттер: На смерть избираешь ты меня.
          Дамблдор: Разговорчики в строю!
          Джеймс Поттер: Я понял… Я буду стараться, чтобы моя твердость не изменила мне.
          Дамблдор: Старайся, старайся, дитя мое. Боюсь, однако, что тебе больше понадобится твоя гриффиндорская отчаянность и безрассудная храбрость. Ты должен совершить подвиг. Это дело как раз для тебя.
          Джеймс Поттер: Я хочу проконсультироваться в Министерстве насчет моего завещания.
          Дамблдор: Забыл сказать. В Министерстве ничего не знают и ничего не должны знать об этом деле.
          Джеймс Поттер: Ах, вот оно что… Значит, Вы скрываете свои делишки от Министерства, потому что собираетесь совершить уб…
          Дамблдор: Это грязное дело, Поттер, а наше Министерство в своем гуманизме и демократичности не способно на решительные поступки, оно не поймет такого, никогда на такое не пойдет. А на тебя я надеюсь. Ты поймешь, что так надо.
          Джеймс Поттер: Я догадываюсь… У Вас магический междусобойчик с Вольдемортом.
          Дамблдор: У меня магический междусобойчик с тобой, и я рад, что мы поняли друг друга. Но ты не грусти, поживешь еще. Основные инструкции получишь позднее. А для начала займемся официальной частью. (протягивает Поттеру повестку в военкомат)
          Джеймс Поттер: Вы знаете, сэр, что я не боюсь смерти, и в бою не отступлю, но я сознательный противник насилия. Я убежденный пацифист. Делай любовь, не надо войны, говорю я. Мы – дети-цветы.
          Дамблдор: Хиппи волосатый!
          Джеймс Поттер: Я не могу в этом участвовать. Я собирался откосить от армии. Я негоден к строевой.
          Дамблдор: Это такой-то спортсмен?
          Джеймс Поттер: (в сторону) Какая неприятность!..
          Дамблдор: Ты прежде всего мужчина, защитник! Ты – сильный маг, и твоя сила нужна светлой стороне. Нам нужны воины. Мир стонет под ударами врага, кто еще защитит его, если не мы? Знаешь, есть такая профессия – добро защищать! О, ты станешь великим воином, из тебя выйдет лучший аурор, враги будут трепетать от страха при звуке твоего имени. Добро должно быть с кулаками.
          Джеймс Поттер: Вы можете не говорить мне этого, сэр. Я понимаю. Но…
          Дамблдор: Начинает действовать наш план, Поттер. Это начало нашего плана. Изволь не рассуждать. И кстати… ты должен жениться на Лили. Совратил, понимаешь, свою однокурсницу…
          Джеймс Поттер: У нас свободная любовь. Вообще-то мы не собирались жениться.
          Дамблдор: Я сказал. Ну ты пока свободен, Поттер. И не думай, что можешь сбежать. Магический контракт, дитя мое. Я тебя везде найду, от меня не скроешься. И не рассказывай никому о нашем деле. Ну, что надо сказать?
          Джеймс Поттер: Так точно! Разрешите выполнять?
          Дамблдор: Ну вот. Так уже гораздо лучше. Разрешаю. Все, пошел! И пригласишь меня на свадьбу!
          
          Джеймс Поттер выходит. За дверями его ждет Блэк.
          
          Блэк: Что он тебе сказал?
          Джеймс Поттер: (горько) Ты будешь смеяться. Мне дали миссию. Я теперь ценный борец против мирового зла.
          Блэк: Расскажи мне все.
          Джеймс Поттер: Ты мой лучший друг, я не могу ничего скрывать от тебя.
          
          Уходят, обнявшись. Джеймс Поттер запевает *Комсомольцы-добровольцы*.
          Из-за колонны выходит Снейп. Он случайно слышал их разговор.
          
          Затемнение
          


          Кабинет Дамблдора.
          
          Дамблдор: А вот сюда идет мой слизеринчик. Что скажешь, Фоукс, как в моей коллекции будет смотреться слизеринчик?
          
          Феникс сводит глаза к переносице.
          Входит Снейп.
          
          Снейп: Сэр!
          Дамблдор: Желаете лимонную дольку?
          Снейп: (торжественно) Сэр, выслушайте меня! Я шел к этому всю жизнь. Я изучал тайные науки, воспитывал волю, наращивал магическую силу. Каким только тяжелым испытаниям я не подверг себя! Теперь я готов. Я силен. Я могу сразиться с любым врагом. Мир погряз в горе и насилии. Вокруг столько страданий. Я хочу сражаться против зла.
          Дамблдор: Чего же ты хочешь от меня?
          Снейп: Сэр, дайте мне миссию!
          Дамблдор: Миссию? Слизеринцу? Не смеши мою жопу, она и так смешная! Да ты посмотри на себя, ты же настоящий черный маг! Какая миссия? Если тебе кто и может дать миссию, то только Вольдеморт. К Вольдеморту! К Вольдеморту!
          Снейп: Разве вам не нужны воины?
          Дамблдор: Не такие как ты.
          Снейп: (пораженно) Кто же Вам нужен? Этот легкомысленный, безответственный шалопай Поттер? Что он сможет?
          Дамблдор: Вы свободны.
          Снейп: Вы знаете, что всех слизеринцев приглашает к себе Тот-Кого-Не-Называют?
          Дамблдор: Так за чем дело стало?
          Снейп: Прошу Вас!
          
          Дамблдор молчит. Снейп печально выходит.
          
          Дамблдор: Ты еще приползешь ко мне на коленях. Вольдеморт, наверное, забыл сказать, что не доплачивает за вредность…
          Феникс: Он мог бы быть тебе полезен.
          Дамблдор: Мне нахрен никто не нужен. Наоборот, это во мне все нуждаются. Но в принципе он мне пригодится.
          Феникс: Почему же ты так обломал его?
          Дамблдор: Зачем мне такой самонадеянный гордец?
          Феникс: Я не заметил в нем никакой гордыни.
          Дамблдор: Да, ее успешно выбивают на Слизерине. Их фашистские методы во многом приносят пользу. Но он все равно пока мне не подходит.
          Феникс: Почему?
          Дамблдор: Такой, какой он сейчас, он совершенно не вписывается в мою коллекцию. Мои люди – люди смиренные. Для них на свете существую только я.
          Феникс: Ты хочешь, чтобы он был тебе обязан, чтобы он был несчастен?
          Дамблдор: Вот ты все упрощаешь. Будет правильнее сказать, что он духовно еще не готов прийти ко мне, полностью мне отдаться. Он еще недостаточно страдал. Вот когда он это поймет… Но совсем верным будет то, что это мерзкий слизеринский черный маг, к которому я не питаю никакой симпатии.
          Феникс: Но ты толкаешь бедного юшошу к Вольдеморту!
          Дамблдор: Э, нет! Я никого никуда не толкаю. Если он будет так глуп, что пойдет к Вольдеморту, то он сам выберет этот свой путь.
          


          ------------------------------------------------------------------------------
          (Часть сцены, вставленная цензурой )
          *~*~*
          
          Феникс осуждающе смотрит на Дамблдора.
          
          Дамблдор: Не смотри на меня так. Я это делаю для его же блага. Конечно, мне не слишком приятен этот слизеринец, но что поделать, я учитель и обязан заниматься с такими как он, вот я и вожусь с ним по доброте своей и из милосердия.
          Феникс: Что-то я не догоняю…
          Дамблдор: Вообще-то он сильный человек, умный и очень талантливый маг, не отнять, и вот пришел же ко мне, значит в нем что-то есть, он не погиб еще для общества, и я, так уж и быть, возьму его к себе, он принесет пользу.
          Феникс: Я не понимаю.
          Дамблдор: О, такой как он – большая ценность, настоящий слизеринский гигант, благородный слизеринский цветок! Жестокий Слизерин выковал из него могучего воина, но сердце его осталось чистым, как у ребенка, они не коснулись его, и поэтому он мой, всегда был моим и будет.
          Феникс: Но почему?..
          Дамблдор: Ты спрашиваешь, почему я так поступил с ним? Как ты не понимаешь? Ты же видишь, что у парня в башке все поставлено с ног на голову! Снейпу так промыли мозги на Слизерине, что, боюсь, он уже никогда не сможет принять другого взгляда на жизнь. И этот процесс станет необратимым, когда он пройдет обряд посвящения в Упиващиеся Смертью и магия завершит все дело. Но такие уж правила игры, что я не могу указывать ему напрямую, как Поттеру, который единственный, с кем мы - точно одно существо, с кем мы без слов понимаем друг друга. Снейп – свободный человек со свободной волей и обладает свободой выбора, я же могу действовать только через причинно-следственные связи, могу лишь намекнуть, направить его. Мы со Снейпом живем в разных мирах, говорим на разных языках. А ведь ему надо понять, что он должен прийти КО МНЕ. Для этого его душа должна полностью переродиться, он должен родиться для новой жизни. Не упав, нельзя подняться, как говорили древние китайцы; не умерев, нельзя родиться, таковы законы его любимой алхимии.
          Феникс: Вот почему ты позволишь ему стать Упивающимся!
          Дамблдор: Он должен пройти весь этот путь, и я даю ему возможность спасти свою душу, а ведь я мог бы бросить его. Кто не одержим духовным поиском, тому никогда не откроются вершины духа, но ему же – испытать самое дно падения! Столь много дано ищущему! Если бы я был равнодушен к нему, если бы я не ценил его, разве я стал бы заниматься им? Видишь, как я всеблаг!
          Феникс: Заметно. Мне прямо-таки стало жаль этого Снейпа. Особенно если учесть, что он ничего не знает о твоих идеях.
          Дамблдор: А он рылом не вышел. Да он пока даже не видит разницы между мной и Вольдемортом.
          Феникс: А она есть, эта разница?
          Дамблдор: У вас там наверху за всем этим явно стоит кто-то один, я это давно понял, потому что выполняю ваши указания… Но у нас, здесь, внизу… Нам даны другие условия… Ты можешь говорить, что между мною и Лордом Тьмы нет никакой разницы, что есть только сила и слабость, что мы действуем одинаковыми методами, можешь даже сказать, что мы боремся за место под солнцем, о, это же так очевидно, и я не обижусь, ибо все это будут лишь слова, но по плодам нашим да познаемся мы.
          Феникс: А зачем ему вообще приходить к тебе?
          Дамблдор: (ухмыляясь) Видишь ли, Фоукс… Даровать вечную жизнь способен и Вольдеморт, неизвестно только, будет ли это жизнью, но возродить душу могу только я. Он придет ко мне, я очень на это надеюсь, он выстоит, не сломается, я верю в его силу, он выгребет в спасительную гавань, и я оживлю его духом. А если же он не сможет… Что ж… Это его проблемы.
          
          Затемнение