Патронажные сети - не просто условие для выживания и карьерного роста. Они несут и идеологическую нагрузку. Все виденные нами сети поддерживают идеологию "изоляционизма", то есть поддерживают политику изоляции от магглов и практику модификации памяти магглов. Все они не считают фокусы с памятью предосудительными – это показывает эпизод с мистером Робертсом на чемпионате по квиддичу. Сеть Дамблдора (возможно) наиболее "прогрессивна" – хотя магглы вряд ли согласились бы с таким определением. Сторонники Дамблдора ратуют за сотрудничество со всеми магическими народами и со всеми магами, невзирая на их происхождение, а также защиту магглов от возможного произвола магов – хотя временами несколько покровительственную. Активнее всего эти взгляды пропагандирует Артур Уизли, хотя Дамблдор знает маггловский мир лучше ( и даже читает маггловские газеты), и его личная позиция может быть несколько иной. Барти Крауч тоже неплохо знает маггловский мир. Новая патронажная сеть Корнелиуса Фаджа не имеет особых предубеждений против магглов, зато весьма неприязненно (и с ужасом) относится к другим магическим народам – гоблинам, кентаврам, гигантам и даже оборотням (честно говоря, есть веские причины их бояться :) ). Единственная поддержка, на которую может рассчитывать Фадж – это поддержка Министерства, поэтому он и пытается взять под контроль все и всех. Очередной целью могут оказаться гоблины. Это просто идеальная мишень – уродливые, не пользующиеся популярностью, внушающие страх, разоруженные и богатые.
          
          Карьера Перси Уизли – прекрасная иллюстрация к тому, как функционирует патронажная сеть, и к тому, какую роль в ее укреплении играет идеология. Он начинал в лагере Дамблдора, питая к патрону семьи такое же уважение, как и его братья и сестры. "Сумасшедший? – беззаботно переспросил Перси. – Да он гений! Лучший маг во всем мире! Но немного не в себе, это точно. Картошки хочешь?"
          Эти слова мог произнести и Рон. Фактически, у Рона и Перси много общего. Оба переживают из-за своей бедности и незначительности, оба заботливы по отношению к младшим членам семьи, только обиды и негласное соперничество Рона направлены на старших братьев и порой на Гарри, а Перси ведет себя так же по отношению к отцу. Перси разрывает отношения с семьей, а Рон некоторое время не разговаривает с Гарри, и, хотя у Рона мотивы чисто личные, параллель просматривается.
          
          Перси видит себя птицей высокого полета, бывшим префектом Хогвартса, сделавшим успешную карьеру в Министерстве и попавшим в список "префектов, достигших власти". (Легко представить себе Перси, который будучи префектом проверяет ночные коридоры, случайно обнаруживает Зеркало Еиналеж и видит в нем примерно то же самое, что и Рон). Судя по всему, он так же остро, как и Рон, ощущает униженность нищеты. В отличие от Артура, которого не беспокоит ни нехватка денег, ни то, что из-за этого переживают дети.
          
          Перси – единственный из детей Уизли, решивший пойти по стопам отца и работать в Министерстве, но он поступает на работу в то время, когда позиции фракции Дамблдора (частью которой Перси должен был стать по семейной традиции) начали слабеть. Ясно, что ни отец, ни Альбус, не смогут ничего для него сделать. Мало того – близость к отцу может даже навредить при новом политическом раскладе. Перси присоединяется к слабеющей сети Крауча – платой за риск служит быстрый карьерный рост (из-за "болезни" Крауча Перси руководит целым Департаментом Междумагического Сотрудничества). Но Крауч погибает, оставив клиентов без поддержки, а на репутацию Перси ложится тень, так как он не заметил, что с его начальником творится что-то неладное.
          
          Поэтому Перси сразу же присоединился к сети Корнелиуса Фаджа – причем здесь его риск еще больше, так как ради этого он вынужден порвать с семьей (он настолько восторженно высказывается о Долорес Амбридж именно потому, что теперь они члены одной сети; его восхищение Амбридж напоминает его же отзывы о Крауче). Пока риск оправдывает себя – проработав год в должности личного секретаря Крауча, он сразу становится младшим помощником Министра Магии. Но его позиция уязвима, и эта постоянная ненадежность заставляет Перси публично льстить патрону. Работая с Краучем, он не устает хвалить начальника при каждом удобном случае, хотя Крауч не может даже запомнить его фамилию. А пытаясь удержаться на новой должности, он постоянно поддакивает Фаджу, не забывая льстиво смеяться над шуточками Министра: "Ой, господин министр, ну точно!". Как показывает сцена со Многосущным Зельем в "Тайной Комнате", примерно того же ожидает Драко Малфой от Краббе и Гойла.
          
          С другой стороны – постоянная демонстрация восхищения и преданности – нормальное поведение клиента по отношению к патрону, и часто идет от сердца. Нет сомнения, что Краучем Перси восхищался искренне. Вспомним также разговор Хагрида с Дурслеями. Они могли говорить что угодно о родителях Гарри, но как только один из них попытался неуважительно отозваться о Альбусе Дамблдоре, Хагрид ринулся защищать честь патрона, рискуя попасть в Азкабан.
          
          Перси всегда принимает идеологию патрона: педантичность и требовательность Крауча и анти-дамблдоровские настроения Фаджа (и его же предубеждение против Гарри). Да, это идет на пользу карьере, но Перси нельзя назвать полностью беспринципным. В качестве префекта он ведет себя вполне в соответствии с имиджем Министра Крауча, и некоторое предубеждение против Гарри он имел и до работы с Фаджем. Идеологически, Перси гораздо ближе к Молли, чем к Артуру, включая доверие к печатным органам. Вспомните, что даже Молли в какой-то момент поверила сплетням "Ежедневного пророка". Перси самый "респектабельный" из детей Молли, и это ей чрезвычайно импонирует – возможно потому, что сама она по социальному происхождению несколько ниже Артура (это становится понятным по речи, по ее суевериям и вкусам). Не удивительно, что Перси был рад работать с Краучем, а уход в лагерь Фаджа только отражает уже сложившийся идеологический разрыв с семьей. Его отец выбрал патроном человека, противопоставившего себя законной власти, а Перси желает работать под покровительством официального авторитета.
          
          Другими словами, для Перси, с его любовью к порядку, Фадж притягателен не как личность (в предыдущих книгах Перси нередко критикует Министра), а как олицетворение законной власти, к которой он испытывает большее почтение, чем остальные члены его семьи, включая отца. Перси искренне любит порядок и считает работу в Министерстве своим подлинным призванием. Его позиция в качестве младшего помощника Фаджа менее надежна, чем позиция секретаря Крауча, потому что авторитет Крауча был реальным, к тому же работа с Краучем не требовала разрыва с семьей и Дамблдором. По этому его поведение более скованно, а реакция на слова босса кажется неестественной и преувеличенной. После того, как министерству приходится признать возвращение Волдеморта, положение Перси становится еще более ненадежным – но он ведется себя так, будто разыгрывает комедию, причем не очень убедительно: его ответы кажутся довольно путанными. То, что он говорит Фаджу – это откровенный подхалимаж. Это цена, которую приходится платить за работу и покровительство.
          
          То, как Перси захлопывает дверь перед своей матерью, нужно рассматривать на нескольких уровнях. Это не просто холодный расчет с целью отмежеваться от семьи, которая может помешать карьере. Он все еще чувствует себя ответственным за младших членов семьи и всегда чувствовал себя близким к матери, к единственному человеку, понимавшему его. Он – единственный из детей Молли, обещающий стать таким, каким она мечтала бы его видеть.
          
          Но отметим, что порвав с семьей Перси избежал еще более серьезного морального выбора – сейчас его никто не может принудить предать родителей, которые, по мнению Перси, связались с патроном, вставшим в оппозицию к Министерству и возможно замышляющим захват власти. Его письмо к Рону полно опасений, что семья из-за этого окажется в опале, если не в заключении. К тому же он боится, что Рона не доведет до добра дружба с Гарри. Советуя Рону держаться поближе к Амбридж, он подсказывает брату путь в патронажную сеть Фаджа, а разрыв Перси с семьей – это ответ на упреки и обвинения отца. Артур требовал, чтобы Перси отказался от работы на Фаджа (а это было единственным шансом для Перси остаться в Министерстве), заявляя, что Фадж просто-напросто хочет заполучить шпиона в лагере Дамблдора. Порвав с семьей, Перси весьма эффективно исключает такую возможность – теперь никто не может ожидать от него подобной информации.
          
          Не похоже на то, чтобы до обвинения, брошенного Артуром, Перси собирался уйти из семьи. В книгах предостаточно упоминаний об искренней заботе Перси о членах семьи, за что Рон (главный для Гарри источник информации о Перси) никогда не отдавал ему должное. Он был единственным, заметившим в "Тайной Комнате", что с Джинни что-то происходит. В "Огненной чаше" он бросается в озеро навстречу спасенным Рону и Джинни. Да и его письмо Рону - жестокое, самодовольное, без намека на здравомыслие (кстати, в "Ордене Феникса" так можно охарактеризовать многое и многих) – демонстрирует искреннюю заботу о Роне и Джинни. Только Молли понимает и ценит Перси, что делает для нее разрыв с ним самым болезненным. Остальные видят в нем только напыщенного самодовольного карьериста и согласятся принять назад только на самых унизительных условиях. Близнецы (а в меньшей степени и остальные дети Уизли) и до описываемых событий не любили брата, с презрением относясь к его планам и мечтаниям, и похоже не прочь были "отделаться от него". Так что напряжение в семье и последовавший за ним разрыв назревали постепенно. А ко времени окончательного разрыва с отцом Перси был практически исключен из жизни семьи, его место в сердцах Уизли занял Гарри – что делает позицию Перси еще понятнее.
          
          Для Гарри, Молли – мать, которой у него, можно сказать, не было; Артур может поговорить с ним о магглах; он лучший друг Рона, спаситель Джинни, он дал близнецам возможность начать собственное дело. Он даже спас девушку Перси, Пенелопу. Гарри безо всякого труда достается то, чего Перси так упорно (слишком упорно) хочет добиться, и он, сам того не осознавая, занимает в семье Уизли место Перси. Так что недоверие и возмущенные высказывания Перси о Гарри гораздо понятнее и простительнее, чем поведение Рона в "Огненной чаше".
          
          Добавим к этому, что отношение Перси к Гарри разделяет вся политическая элита - время идет, ничто не подтверждает заявлений Гарри о воскрешении Волдеморта, и доверие к его словам, естественно, падает. Тем не менее, до того, как отец обвинил его, как вероятного шпиона, Перси рассуждал вполне здраво. Он был прав, указывая на то, что единственным свидетелем воскрешения Волдеморта был Гарри, чей рассудок уже к тому времени был под вопросом, он никогда не был особо близок к Гарри и имел все основания на него обижаться.
          
          Что ожидать от будущего? Гордость сделает возвращение Перси в семью весьма сомнительным исходом. Он понимает, что его ожидает злорадство близнецов, презрение остальных братьев и гнев отца, который вряд ли будет что-то делать для восстановления мира в семье – не говоря уж о том, что остальные члены Ордена могут начать переносить отношение к Перси на всю семью Уизли, а это грозит тяжелыми последствиями для сети Дамблдора и Гарри. Молли, судя по всему, на грани нервного срыва и не сможет реально помочь сыну.
          
          Главным для Перси сейчас является вопрос, как далеко убеждения позволят ему зайти в своих политических маневрах, и насколько он согласен подкорректировать убеждения, чтобы удовлетворить амбиции. Судя по тому, что описано в предыдущих книгах, Перси способен на некоторые сделки с совестью, но не на полную осознанную беспринципность. Он не присоединится к какому-либо лагерю, если его убеждения не будут в общем и целом соответствовать идеологии нового патрона.