VI. Experimentum crucis*.
          


          История занудно-террористическая, о том, как бывает полезно успеть подвести итоги, пока итоги не подвели вас. И о Фортуне. Слепой, глухой и кривобокой.
          *опыт креста (лат.) Так Фрэнсис Бэкон называл решающий эксперимент, определяющий направление дальнейшего поиска. (А вовсе не то, что некоторые могли подумать).
          
          
          
          

Очень давно, еще в школе, Айс говорил мне, что мания величия и мания преследования друг без друга не живут. Помнится, я даже был согласен. Теоретически...
          Теперь я имею удовольствие наблюдать это в действии. Повелитель спятил. Целиком и полностью. В самом что ни на есть медицинском смысле этого слова. Целыми днями сидит запершись, никого особо не подпускает, в том числе и меня. Да я и не рвусь, если честно... Оно мне надо?
          Вот, пожалуй, Роквуду рад. Даже слишком. Как-то лихорадочно рад. Каркарову рад. Есть тут у нас такая личность. С хорошими связями в Дурмштранге. Шеф вообще теперь ударился в глобализм. Мелкие безобразия его больше не тешат, а подавай международные связи да информацию из Министерства Магии. Я это Министерство за милю обхожу, так уж сложилось, а вот у Роквуда неплохая сеть, насколько я могу судить. Если дальше такими темпами пойдем, то, пожалуй, через год-другой наш Лорд своего добьется. Хорошо бы кто-нибудь из нас к тому времени еще в живых остался. На самом деле – это я так… Никого из наших Шеф пока не убил. На новичках отыгрывается, ничего не скажу, чуть что не так - и привет, а тех, кто с ним давно, особо не обижает. И на том спасибо.
          

~*~*~*~

          Фэйт забеспокоился. Это было занятно. С чего бы вдруг? Хотя, честно говоря, прекрасно я понимаю «с чего». Уж больно Шеф стал неадекватен. Даже нет, не в этом дело... Просто Лорд занялся политикой и Фэйт оказался, мягко скажем, не у дел. Но так как его деятельная натура к таким поворотам не привычна, унынию больше чем на пару часов не подвластна и не «заниматься анализом» не в состоянии, то примерно через неделю после того, как Шеф явно пристрастился к политической деятельности, я оказался первой «жертвой» этого самого «анализа».
          Фэйт явился в Хогвартс, и, усевшись в кресло у камина, повел речи, по степени крамольности уступающие только моим докладам Дамблдору.
          Сказать, что я удивился – это ничего не сказать. Нет, я всегда знал, что он циник. После того, как он, вместо того, чтобы разоблачить шпиона, стал наоборот делиться с ним информацией, я понял, что никаких принципов у него нет, а собственный комфорт это чудовище ставит вообще превыше всего на свете. Ему на всех плевать. Но все-таки я еще верил, что он относится к Лорду с основательной долей симпатии, умудрившись примирить интересы Повелителя со своими собственными. Но то, что я услышал от Фэйта, сидящего в моих подземельях, уже ни в какие ворота не лезло.
          - Айс, ты согласен, что у него совсем крыша едет?
          - …да…
          И что? Она давно едет. Просто я был полным идиотом и целых два года этого не замечал, увлекшись поисками бессмертия «неизвестно чего».
          - Ты понимаешь, что это плохо кончится?
          - …да…
          - Что – «да»? Ты посмотри, во что он превращается! Три года назад он еще был похож на человека! А сейчас на кого?
          - Ну, он же совершенствуется. Внешность его не волнует. Для его целей так даже лучше. Рептилии, они, знаешь ли, гораздо выносливее, лучше адаптируются к внешней среде, к тому же...
          - Айс! Ты что говоришь?! Ты понимаешь, что если Лорд войну проиграет, то мы потом никогда не отмоемся? Всем нам конец наступит! Он же специально нас компрометирует, чтобы потом никто не смог от него отречься.
          - …да…
          - Ну что ты заладил, как попугай! Прекрати! Скажи лучше, что говорит о нашей войне Кес?
          Всегда был умен.
          Что говорит Кес? Если бы я мог тебе сказать, что говорит по поводу наших «склок» Кес, у тебя бы, друг мой, глаза на лоб вылезли... и в камин бы укатились.
          Всего два дня назад я имел с Кесом потрясающую по своей информативности беседу. Очередную. Мы теперь часто так беседуем. Раза два в неделю, примерно. Устаю я от этих разговоров смертельно. Он просто надо мной издевается. Понимает, прекрасно понимает, что Дамблдор просил меня заниматься агитацией. Я и занимаюсь. И это невероятно тяжело. Лучше я пять раз к Шефу схожу, чем один подобный разговор на Тревесе. Потому что я так и не могу определить, Кес насмехается надо мной из-за того, что я пытаюсь перетащить его на сторону Дамблдора, или действительно думает именно то, что мне говорит? Потому что если он действительно так думает, то… Нет. Это невозможно.
          - Ты, Севочка, с тех пор, как подрос и начал размышлять самостоятельно, стал совершенно невыносим. Сплошные домыслы. Где логика?
          - Он убивает людей.
          - Ну и что? Их все время кто-нибудь убивает. Они сами постоянно друг друга убивают. Это нормально.
          Или так:
          - Ты, Севочка, уточни. Ты имеешь в виду характеристику качественную или количественную?
          - Не понял...
          - Если количественную, то он пока еще злодей сильно начинающий, младенчик, так сказать, а если качественную, то это вопрос субъективного восприятия и обсуждению не подлежит. Так что ничего особо ужасного у вас там не происходит.
          Или вот так:
          - Как ты можешь, Кес? При чем тут субъективное восприятие? Личность уникальна! Каждая!
          - Боже мой, Севочка! Ты что начал рассуждать на религиозные темы? Кошмар какой! Не делай так, мой мальчик. Никогда не рассуждай на темы, в которых ничего не смыслишь. По крайней мере, вслух. Наслушался бредней старого, беспрерывно воюющего пацифиста и пытаешься таким образом аргументировать позицию, с которой сам в душе не согласен. Это почти страшно.
          А еще вот так:
          - Ты сказал, что сторона, на которую ты встанешь, непременно победит.
          - Я сказал? Когда?
          - Ты сказал мне...
          - Ну я не знаю. Ты, Севочка, так и не научился слушать. Занят словами, суть упускаешь. Небрежно относишься к смыслу. Я сказал, что практически невозможно окончательно победить сторону, на которую встану я. Окончательно. Значит, во времени. Они будут сражаться со мной из поколения в поколение, пока не забудут, с чего все началось. Я сказал тебе не то, что война кончится победой стороны, на которой выступит Семья, а то, что она тогда не кончится очень долго. По моим понятиям, долго. А когда все-таки кончится, то ничем. Тут даже дело не во мне. Еще ни одна гражданская война никогда ничем не кончилась. Когда люди устают воевать, разорив свою страну, они, как правило, возвращаются к тому, с чего начали. Это в идейном плане. А в фактическом - к полному развалу управленческой системы и экономики. Об этом мы уже говорили. Сначала разрушили, потом строят, чтобы опять разрушить, и так до бесконечности. Вот что я тебе тогда сказал. Но раз ты не понимаешь, давай разбираться...
          Разбираемся.
          - За Дамблдора мы сражаться не можем. Он в данном случае сторонник официальной власти, а мы, как ты понимаешь, Министерство поддерживать не станем. Это не принято. Я не желаю позориться на старости лет. Если твои симпатии на стороне Альбы, то извини. Но…
          Вот первую часть я понял. Очень хорошо понял. Встать на сторону официальной власти – это позорище, от которого Семья потом и за тысячу лет не отмоется. Я согласен. Есть такой Клан, во Франции, кажется. До сих пор все помнят, как эти подхалимы на стороне Меровингов воевали. Ничего особенного, конечно, но стыдно ведь.
          А вот то, что Кес начинает нести после слова «но», уже в моей голове не укладывается…
          - Но... мы с тобой, Севочка, можем сделать допущение, что Альба никакого отношения к Министерству не имеет. Орден Феникса - самостоятельная подпольная организация. Такая же, как Упивающиеся Смертью, так как создана в противовес. Надеюсь, здесь объяснения не нужны, и ты прекрасно понимаешь, что две организации с одинаковым статусом подпольных, находящиеся в симметрии относительно официальной власти, и друг друга побороть неспособные по причине равенства составляющих, по сути идентичны.
          Стоп! Вот оно! Я нашел! Как это «идентичны»? Он что, спятил?! Цели! Цели-то прямо противоположные! Кес не может на самом деле так думать! Нельзя разбирать жизнь, как математическую задачу! Люди-то живые! Я не верю… Как же я устал…
          - Таким образом, мы условно принимаем происходящее как личный конфликт твоего директора с твоим Шефом. Тогда, конечно, можно принять участие в этом конфликте, если тебе очень хочется, но, честно говоря, это совершенно бессмысленно. Предположим, я поддамся на твои уговоры и вмешаюсь. Готов даже условно считать, что вмешаюсь на стороне Дамблдора. Томми, естественно, найдет силы, которые будут в состоянии противостоять мне. Он и сейчас их активно ищет. Он знает, что мы с Альбой старые приятели.
          Да? «Томми» знает? А почему я первый раз об этом слышу? На самом деле, я, конечно, несправедлив. Кес никогда мне не говорил, но я и так со школы знаю, что они «старые приятели». Но сейчас я слышу подтверждение. Что и следовало доказать. Они тут все «старые приятели». Теперь меня это уже не удивляет так сильно, как три года назад, но все равно... дикость какая.
          - Что происходит дальше? Мы выпадаем в собственный бесконечный конфликт, который только навредит людям, за которых ты теперь почему-то так активно беспокоишься. Если даже Томми найдет другой Клан, который согласится воевать со мной, то, скорее всего, я просто договорюсь с их Князем или откуплюсь от него. Или он от меня. Смотря по соотношению сил. Мы не станем воевать друг с другом. Нас и так осталось очень мало. Территории давно поделены. Войны бессмысленны. Мы просто договоримся и покроем убытки за счет сражающихся людей. Все. И кому это нужно?
          А вот теперь скажите мне кто-нибудь, что из этого я мог рассказать Фэйту на его вопрос «что говорит Кес»? Да Кес чего только не говорит. У Альбуса чуть очки не упали, когда он услышал, что Орден Феникса «по сути идентичен» Упивающимся Смертью. Возмущаться-то он возмущался, а крыть-то нечем. И цели одинаковые. Что одни хотят заставить власти идти у них на поводу, что другие. Так Кес сказал. И дьявол меня забери, если я знаю, что на это можно возразить. Кстати, Дамблдор тоже не знает. Почему-то меня это не удивляет...
          

~*~*~*~

          Клаусу Каесиду.
          Ашфорд.
          Ирландия.
          04.09.1980
          Зачем ты морочишь ему голову? Он же воспринимает все это совершенно серьезно. Учитывая, что он до сих пор по-настоящему слушает только тебя, это как минимум нечестно. Очень тебя прошу, скажи ему правду, или я сам это сделаю.
          Альбус.
          

~*~*~*~

          Альбусу Дамблдору.
          Хогвартс.
          04.09.1980
          Альба, не надо так низко ценить мое сокровище. Он, по-твоему, совсем идиот, чтобы понимать буквально все, что я ему говорю? Он воображает, что живет разумом, а не сердцем, вот пускай наслаждается. В мозгах должен быть порядок, а у него – бардак. Он должен разложить все теории мироздания по полкам в голове, никогда их не путать и определить, наконец, свое место в этом мире. Потом можно жить чувствами, но каркас должен быть нерушимым.
          Кес.
          

~*~*~*~

          Клаусу Каесиду.
          Ашфорд.
          Ирландия.
          04.09.1980
          Ты очень много от него хочешь. Невозможно требовать, чтобы он рассуждал твоими категориями, он слишком молод. Даже я не всегда тебя понимаю, потому что твои слегка экзотические шуточки воспринимать довольно сложно. Может, стоит объяснить ему по-человечески, что происходит? Почему ты считаешь, что, запутавшись окончательно, он лучше потом разберется? Кроме того, ты уверен, что все про него знаешь?
          Альбус.
          

~*~*~*~

          Альбусу Дамблдору.
          Хогвартс.
          05.09.1980
          Я знаю, какая каша у него в голове, и знаю, что с каждым днем становится все хуже. Мне совершенно не важно, чем он занимается, но он начал делать выводы, не успев обдумать факты. На самом деле я очень расстроен, потому что если так будет продолжаться, ничем толковым это не кончится. Вы с Томми ему все мозги наизнанку вывернули. У Севочки нет ни одной аргументированной позиции, только эмоции, а это очень плохо.
          Кес.
          

~*~*~*~

          Клаусу Каесиду.
          Ашфорд.
          Ирландия.
          05.09.1980
          В этом-то и дело, и очень зря тебе не интересно, чем он занимается. Может, тебе стоит прислушиваться к его желаниям, а не только к своим собственным?
          Альбус.
          

~*~*~*~

          Альбусу Дамблдору.
          Хогвартс.
          05.09.1980
          Причем тут желания? Я знаю, что ты хочешь сказать, ты предлагаешь мне попытаться понять, что происходит у него в голове. Представь себе – я понимаю. Ни на одного человека я не потратил столько времени, сколько на Севочку, и я не жалею, было забавно. До сих пор забавно. Но он должен во всем разобраться сам, так что, помогая ему, ты только навредишь. Объяснить можно что угодно, но мыслящий человек воспримет твои объяснения просто как одну из теорий, а, разобравшись сам, он больше никому и никогда не позволит себя запутать.
          Севочка настолько не обременен никакими этическими нормами, что порой это становится немного опасно для окружающих. Тот логический таран, которым он пользуется для решения своих проблем, несколько расстраивает меня своей первобытной примитивностью. Ты уже столкнулся с этим, когда брал его на работу. Тебе мало? Он просто освободил себе место. Последствия ты хорошо помнишь? Или перечислить?
          Кес.
          

~*~*~*~

          Клаусу Каесиду.
          Ашфорд.
          Ирландия.
          05.09.1980
          Он ведет себя так, как ты его научил.
          Альбус.
          

~*~*~*~

          Альбусу Дамблдору.
          Хогвартс.
          05.09.1980
          Он ведет себя так, как он у меня научился. Ты тоже учил Томми. Это ты его так научил? Или он сам так у тебя научился? Всех учат одинаково, но в итоге мы получаем совершенно разный результат. Ты сильно себя винишь в таких случаях?
          Кес.
          

~*~*~*~

          Клаусу Каесиду.
          Ашфорд.
          Ирландия.
          05.09.1980
          Достаточно. Можешь не сомневаться.
          Альбус.
          

~*~*~*~

          Альбусу Дамблдору.
          Хогвартс.
          06.09.1980
          Это твои проблемы. Томми был самым талантливым из твоих учеников, Альба, и никто, кроме него самого, не виноват в том, что с ним случилось. Во всем, что происходит с людьми, они всегда виноваты только сами, и хватит об этом.
          Кстати, Севочка очень красноречив, выполняя твои просьбы. Не переусердствуй, пожалуйста, а то нарвемся опять на какую-нибудь пакость. Мальчик не умеет проигрывать, он хочет быть победителем. Кстати, надо об этом тоже с ним поговорить.
          Кес.
          

~*~*~*~

          Клаусу Каесиду.
          Ашфорд.
          Ирландия.
          06.09.1980
          Не надо, Кес! Я тебя умоляю. Ему сейчас только твоей теории о победителях не хватало. В ней же все – сплошной софизм. Как тебе не стыдно? Ты его совсем с ума сведешь.
          Альбус.
          

~*~*~*~

          Альбусу Дамблдору.
          Хогвартс.
          06.09.1980
          Так и быть, подожду немного, пока тема победителей не станет более актуальна.
          Кес.
          

~*~*~*~

          За что мне это...
          - Томми - гениальный ученый, которого погубили человеческие страсти. Это великая трагедия. А его считают преступником. Да вы просто варвары. Дикари. Не понимаете элементарных вещей. Я не стану воевать против него. Он жертва вашей чертовой цивилизации.
          Я больше не могу! Я не могу больше это слушать!
          - Ты давно эту «жертву цивилизации» видел? Ты что, издеваешься? Он чудовище! Какой гений? Может, если бы ты не сидел здесь целыми днями, а где-нибудь бывал, то не говорил бы, что все, кого он убил и еще убьет – дикари, а он - их жертва?!
          Кес насмешливо поднимает брови. И усмехается.
          - Конечно, он их жертва. Его провоцируют. У него неустойчивая психика. Такого человека очень просто спровоцировать на насилие. Вот я тут слышал, что ты, Севочка, запугиваешь детей. Маленьких. Не объяснишь мне, почему?
          При чем тут я?..
          - Не объясню.
          - Тогда я объясню. Потому что это выше твоих сил - не пугать тех, кто тебя и так боится.
          - Неправда! Меня бесят испуганные взгляды! Я ненавижу, когда они так смотрят!
          - Правильно. Они тебя провоцируют своим идиотским поведением. Так почему ты обвиняешь Томми? Ведь с ним происходит то же самое.
          - Как ты можешь сравнивать?
          - А почему я не могу сравнивать? Просто у вас с Томми разный уровень. Это, Севочка, твои проблемы, что тебя хватает только на детей в Хогвартсе, а Томми на все ваше магическое сообщество, или как вы там себя величаете... Так что Томми совсем ни в чем не виноват.
          - Тогда какого дьявола ты требовал, что бы я избавил тебя от его визитов? Если он такой хороший?
          - Переход нашей дискуссии на уровень «плохой – хороший», ясно указывает, что ее пора заканчивать. Мне неприятно его видеть именно потому, что я все время сравниваю, кем бы он мог быть и кем в итоге стал.
          На этот раз я почти уверен. Серьезно он сказал только самую последнюю фразу. Он нарочно все запутывает. Мстит мне за то, что я и Наследство не забираю, и на войну его уговариваю. Сразу ясно было, что ничего не выйдет. Зря Дамблдор это затеял.
          

~*~*~*~

          Айса на этих идиотских «да-да» как заклинило. Он что, действительно думает, что сумасшедший директор Хогвартса его спасет, когда все рухнет? Как, хотелось бы мне знать? Объявит всем, что Айс шпион? Очень смешно. Да наши сами этого шпиона прибьют вмиг, если его деятельность станет достоянием гласности. Нет уж. Меня такой вариант не устраивает. Если Лорду удастся воплотить свои планы – очень хорошо, а если нет, то надо решить заранее, что мы все тогда станем делать.
          

~*~*~*~

          Фэйт говорит, что я зануда. Может, он и прав. Точно не скажу. Скажу только, что когда Фэйт упрется, то мое занудство отдыхает. Причем совсем. А я-то подумал сначала, что он решил заручиться поддержкой моего директора. Даже злорадствовать начал потихоньку. А он так все развернул, что никакой Дамблдор не нужен. Мы, говорит, с тобой должны продумать, как всех наших в случае чего прикрыть. Ну, знаете... Во-первых, я насчет «наших» и «ваших» ничего не знаю. Мои «наши» все в Ашфорде живут... хм... обитают. И в войне не участвуют, за что Кесу отдельное спасибо. Потому что я его, конечно, уговариваю, но каждый раз тихонько радуюсь, что безуспешно. Кес абсолютно прав. Нам в их войне делать совершенно нечего. Это я попался. Тут уж ничего не изменишь...
          

~*~*~*~

          Шеф пытается навести порядок. В наших стройных рядах. Роквуд со своей министерской сетью, конечно, фаворит. Да ради Бога. Мне наплевать. Без денег-то – вся его сеть коту под хвост. Кто станет бесплатно на него работать?
          А денег у Повелителя нет.
          Я обиделся.
          

~*~*~*~

          
          
          
          Обнаружив мое абсолютное равнодушие к возможному поражению Лорда, Фэйт занялся более интересным делом. Он решил напомнить Шефу о своей незаменимости, гениальности, и вообще, крайне чувствительной натуре. Сделал он это фантастически просто. Полностью в своем неповторимом стиле...
          За неделю деньги у Лорда кончились. И тут оказалось, что «нашего Люци» уже дня четыре как никто не видел. Шеф, естественно, его вызвал. Вместо того, чтобы явиться, Фэйт прислал удивленному Повелителю сопливое письмо с перечислением всевозможных хворей, враз обрушившихся на нашего финансового гения. Растерявшийся Лорд показал мне это письмо с приказом немедленно отправиться в Имение и «поставить на ноги нашего Люци в максимально короткий срок». Ну, я, конечно, поторопился... чтобы не начать смеяться прямо Шефу в лицо.
          «Умирающий» обнаружился, как и следовало ожидать, в кабинете, в кресле, в пледе, в газетах и в шоколаде.
          - Тебе не стыдно?
          - Я болею.
          - Мне приказано тебя вылечить. И быстро.
          - Скажи ему, что ты не врач.
          - Сам скажи. Вот пойди и скажи.
          - Не-е. Я к нему больше не пойду. Пусть со своим Роквудом обнимается.
          - Роквуду деньги нужны.
          - А мне плевать. Я болею.
          Ну что за балбес, а? Как ребенок.
          - Или ты в темпе «выздоравливаешь», или я притащу Шефа сюда. Пусть посмотрит, как ты тут лечишься. Шоколадом.
          - А что? Мало ли, чем я болею. Может, меня как раз и надо лечить... шоколадом?
          Что-то мне все это не нравится...
          - Слушай, - я присел на подлокотник его кресла, - что с тобой, а?
          - Я же сказал – болею.
          - Зачем ты его злишь?
          - Я не обязан. У него полно собственных источников дохода. Я обеспечил его ими до конца его бесконечной жизни. Вот пусть теперь сам управляется, раз такой умный. А мне плевать.
          Ну что прикажете с ним делать?
          - Пойдем, а? Скажешь, что нездоров, он тебя отпустит быстренько. Он тоже волнуется.
          - Как же, волнуется он. Он волнуется, что им там всем жрать завтра будет нечего, если я об этом не позабочусь. Пошел он...
          Вот это да! Да он же попросту... ревнует...
          - Фэйт... – больше я ничего вразумительного сказать не смог.
          ~*~*~*~
          Я не понял, почему Айс так удивился. Совсем не понял. Что я такого сказал-то? А он стоит и глазами хлопает. Да ну его. Вот если хочет, то пускай сам идет к Шефу и меня там изображает. Мне плевать.
          Нехорошая у Айса ухмылочка... Очень мне не нравится...
          Опять я что-то пропустил...
          

~*~*~*~

          И это называется взрослый человек? Ну, погоди! Я тебе устрою.
          - Ну-ну, - сказал я ему, усмехнувшись. И аппарировал. К Шефу.
          К счастью, Лорд оказался в одиночестве. Задумчиво прогуливался по парапету одной из башен. Он это любит. Вот свалится вниз, заодно и проверим, как у него успехи. С бессмертием. У меня и так последние три года, как только я его вижу, возникает бесконтрольное желание оттяпать ему голову. И посмотреть, как он ее обратно приставлять будет… А если при этом еще и руки переломать… эх... мечты...
          - А, Север. Ну что? Где Люци?
          - Он очень болен, мой Лорд.
          - Что, так серьезно?
          Я опускаю глаза. Врать ему я, конечно, умею. И даже очень неплохо, но... не ухмыляться - выше моих сил.
          - К сожалению. Боюсь, что это серьезно, мой Лорд.
          - Да что с ним?
          - Он... на вас... обиделся.
          -ЧТО?
          - Он ревнует.
          - В смысле?
          - К Роквуду.
          - ЧТО?
          Решительно отогнав невероятно соблазнительную возможность развить эту тему в соответствующем ключе, я храбро посмотрел Шефу в глаза и сказал:
          - Малфой говорит, что вам на него плевать.
          - МНЕ?
          Да что же это такое? Он так и будет выражать свое удивление односложными местоимениями?
          - Да, вам. Он говорит, что вы перестали обращать на его внимание, совсем его забросили и… вообще...
          - КТО? Я?
          Нет, ну сколько можно, а?
          - Да, вы.
          Все. Теперь пусть переваривает. Я так рассчитал, что Шефу это должно понравиться. Все люди любят, чтобы их любили. Даже бессмертные. Желательно не за что-то, а просто так. Лорд тоже любит. К тому же, как любое чудовище, он по определению сентиментален. Так что должно сработать.
          Шеф молчит. Обалдевшее выражение лица не меняется.
          - И что он хочет?
          - Он ничего не хочет. Он заболел.
          - От того, что я перестал обращать на него внимание?
          Попался! Что и следовало доказать.
          - Понятия не имею. Я в таких болезнях ничего не понимаю. Но он, по-моему, очень плох.
          - А... что нужно сделать... А он... Я...
          - Да по мне, так пускай болеет. Кому он нужен-то? Ничего, от тоски не умирают.
          - Ну, не скажи. Это ты зря… Ты вообще… Знаешь, Север, вы там с Кесом… такие бессердечные монстры.
          Вот и ладненько. Мы с Кесом, конечно... угу... монстры...
          Даже быстрее повелся, чем я думал. Ну-ну…
          Боже... какая у Фэйта физиономия сделалась... Я даже не смог определить: он больше удивился или испугался...
          

~*~*~*~

          Я был абсолютно уверен, что Айс так пошутил. Когда пригрозил привести Шефа ко мне в кабинет и продемонстрировать, как я лечусь шоколадом. Когда минут через пятнадцать они с громкими хлопками аппарировали прямо перед моим креслом, все конфеты посыпались на пол.
          Какая сволочь. Ну, подожди. Я тебе этой подлости... Отомщу! Столько конфет пропало! Клянусь, что отомщу! Не будь я Малфой.
          

~*~*~*~

          Мои доклады Дамблдору настолько же сухи и скупы, насколько малоинформативны. Все, что я ему рассказываю, он и без меня прекрасно знает. Он и так знает, что в Дурмштранге Каркаров занимается активной агитацией. Он и так знает, что великаны, дементоры и еще Бог знает кто вполне готовы встать под знамена Темного Лорда. Существует огромное количество разнообразных темных созданий, много лет угнетаемых магами. Они все с радостью поддержат Повелителя.
          Альбус и так знает, что в Министерстве Магии работает шпионская сеть. Доказать ничего нельзя. Чтобы добыть доказательства, нужно много месяцев проводить подготовительную работу, которой сейчас никто заниматься не станет, потому что всем не до этого. Разобраться бы с участившимися убийствами, исчезновениями, налетами, запугиваниями и прочей дребеденью. Имени Роквуда я назвать не могу. Судя по тому, что сейчас творится в Департаменте Магического Законодательства, его просто убьют. Без всяких доказательств. Аврорам теперь все можно. Крауч провел закон, разрешающий применять к ПОДОЗРЕВАЕМЫМ Непростительные Заклятья. Кес, когда об этом услышал, чуть со стула не упал. От смеха.
          - Я же тебе говорил, Севочка, что авроры, что твои приятели, что Томми, что Дамблдор, что Министерство - все один черт. А ты мне не верил.
          Кстати, комментарий Кеса я передаю Альбусу с особым удовольствием. Мне интересно, что он ответит.
          - Я был против, - разводит руками директор. - Ничего не поделаешь. Народ озлоблен. Все боятся.
          Ну, я руками тоже разводить умею. Киваю, конечно. Сочувственно.
          Но Роквуда в связи с этим не сдам. Потому что уж очень благотворно его визиты на Шефа действуют. Если министерскую сеть развалить, то Лорд будет долго в себя приходить, а расстроенный Повелитель крайне опасен. Для нас в первую очередь. К тому же, я обещал Фэйту.
          Кроме того, работа Роквуда ничьей жизнедеятельности напрямую не угрожает, это вам не Долохов с Трэверсом. Этих я давно сдал, только их пойди поймай. А моя задача определена Дамблдором изначально - максимально не допускать невинных жертв. Я теперь работаю ангелом-хранителем. Для потенциальных жертв. Невинных.
          Но здесь директор сам себя перехитрил. Потому что авроров «невинными жертвами» не назовешь. На гражданское население Долохов времени тратить не станет. Таким образом, я практически свободен от любых обязательств. Как только что-нибудь узнаю о планируемой ликвидации «невинных жертв», сразу сообщу. Только таковых еще ни разу не было. Все убийства имеют четкую систему, бесцельных нет. Но в Министерстве этого не знают. Потому что у Лорда есть гениальный стратег, который кроме финансовых вопросов еще заботится о том, чтобы деятельность Долохова носила предельно бессистемный и бесцельный характер. Для усиления паники и дискредитации Министерства. И получается ведь! Еще как!
          Я - последний человек, который станет обсуждать деятельность Фэйта с Дамблдором. Предупреждаю, конечно, кое о чем. Мы с Фэйтом уже больше года договариваемся заранее, какие операции заваливаем, а какие нет. А на авроров мне, извините, плевать. Очень я их не люблю. Особенно Моуди. И Крауча тоже. За то, что он дал в руки Кесу такие серьезные доказательства моей глупости. «А ты, Севочка, мне не верил...» Да я больше никому не верю. Даже себе.
          Вычислить логику Фэйта невозможно. Мысленный путь идиота – непостижим. Гения – тоже. В данном случае – это неважно. Фэйт всегда балансирует между крайней гениальностью и крайним дебилизмом. Поэтому власти расценивают происходящее как развлечение Упивающихся Смертью. Темный Лорд сейчас силен, как никогда. Никто не знает его сторонников. Кто на него работает, а кто - нет. Ходят слухи, что он полностью владеет своими слугами. Они подчиняются Повелителю даже против своей воли. Всем страшно. За друзей, за родных. Буквально каждый день в газетах появляются новые сведения об убийствах, исчезновениях, замученных пытками. Министерство магии в полной растерянности. Там не знают, что делать. Становится все сложнее скрывать происходящее от магглов. Их тоже убивают. Смысла в убийстве магглов Министерство не видит никакого, поэтому объясняет происходящее развлечением Упивающихся Смертью. На самом деле, я тоже так думал. До очередной беседы с Кесом.
          - Томми не стратег. Он фантазер. Ученый-теоретик. Но я так понимаю, что стратегов он нашел. Кто организовал погром в Сохо?
          - Не знаю.
          Но я знаю. Я точно знаю, что разгром ночных злачных заведений планировал Фэйт. Он просил меня не мешать. Что ему там понадобилось, я тогда так и не понял, но мешать, конечно, не стал.
          - Это было замечательное дело. На нем можно было очень хорошо заработать. Сомневаюсь, что Томми до этого додумался. Он бессеребреник.
          Ага, как же. В замок Забини мгновенно вселился. Бескорыстная душа.
          Заработать... Так вот, что Фэйту там было нужно... А в Пророке написали, что на магглов напали потехи ради... Кстати, после этой истории настоящая паника и началась.
          Кес видит, что я его обманываю...
          - Неужели наш родственничек так отличился? Это наводит на некоторые размышления...
          

~*~*~*~

          - Я тут выяснил одну вещь. Случайно...
          Кес буравил меня очень неприятным взглядом. Интересно, о чем он хочет поговорить. Неужели про Айса узнал...
          - В общем так, Люциус. Я хочу, чтобы ты избавился от своих колумбийских плантаций. Продай их. Если хочешь, то можешь продать мне. Я подумаю, что с ними сделать.
          Не понял. Ему-то какое дело?
          - С какой стати?
          - У тебя дурная наследственность, Люци. С наркоторговлей в свое время связался твой отец. Правда, у него это получилось совершенно случайно. Он, по-моему, так до конца и не понял, во что ввязался. Но это плохо для него кончилось, если ты не забыл. Вопрос закрыт. Или ты уходишь из этого бизнеса добровольно и навсегда, или я тебя из него вывожу. Способы, которыми я это сделаю, тебе не понравятся.
          Вот никогда бы не подумал. Я был уверен, что отца моего убили совсем по другим причинам. Мне казалось, что это скорее связано с вопросами политическими. Отчасти поэтому я и старался в своей деятельности обходить Министерство.
          Но я сразу ему поверил. Не знаю, почему. Как будто я не понимаю, что он пытается вывести меня из самого грязного бизнеса, который вообще можно вообразить. В принципе, он мне выбора не оставил...
          Ему я, конечно, не продам. Такие игрушки можно продать слишком хорошо, чтобы торопиться. Надо аукцион устроить… Да…
          - И потом, подумай сам, мой мальчик. Зачем тебе лишние проблемы? И климат для тебя совсем неподходящий. Доход, конечно, ни с чем не сравнимый, но это же очень опасно. Насколько я могу судить, ты не пропадешь. Придумай что-нибудь другое. Если тебя так тянет именно к преступной деятельности, лучше уж печатай фальшивые деньги.
          - Нет, фальшивые деньги я не могу. Это нарушит экономическую стабильность страны. Не подходит. У меня легального бизнеса гораздо больше.
          - Так ты печатай деньги другой страны, в чем проблема? Японии, например, или там Китая.
          А это идея.
          

~*~*~*~

          Все, что говорит мне Кес, конечно, имеет смысл. Вот только найти его я могу не всегда...
          - Ты, Севочка, хочешь стать героем эпоса или трагедии?
          Откуда я знаю?..
          - Основное отличие эпоса от трагедии в том, что в эпосе герой творит свою судьбу, а в трагедии он борется с судьбой. Дурная привычка постоянно бороться с судьбой делает человека весьма несчастным. Привыкнув к борьбе, он уже не может без нее жить и провоцирует ее нарочно, вызывая, в лучшем случае, досаду окружающих. Оставаясь эпическим героем, ты имеешь право выбора, перерождаясь в трагического, ты становишься заложником условий игры. Неважно, как обойдется с тобой судьба. Оставаясь самим собой, ты утверждаешь жизнь, меняясь – смерть. Не меняйся, мой мальчик. Никогда не меняйся. Может, тогда все обойдется. Зачем нам трагедии?..
          - Мы говорили не об этом. Мы говорили о войне.
          - Ну что такое – война? Это скучно. Я не люблю воевать. Надо думать о Семье, а не о своих амбициях. Война – суета, а любая суета – антагонизм покоя.
          Ага. И смерти. Вот, пожалуйста. Доводим до логического завершения. Война – антагонизм смерти. Вам смешно? Мне – нет. Покой – это смерть, а война – это жизнь. Я даже где-то согласен. Никогда жизнь не кипит так сильно, как во время войны.
          Кес пока меня окончательно с ума не сведет – не успокоится.
          

~*~*~*~

          Айс говорит, что у Шефа настолько серьезные проблемы с логикой, что их уже нельзя считать вариантом нормы. Айс полагает, что это очень смешно. В качестве примера привел вчерашнее заявление Лорда, что если положить Эйвери в ящик и выставить на мороз, то он замерзнет от страха, потому что у него клаустрофобия. Честно говоря, я тоже вчера это слышал, но мне вовсе не показалось это смешным. Шеф был абсолютно серьезен. Приняв во внимание его поведение в последнее время можно, было вполне предположить, что он именно так и поступит. Мы просто оцепенели от ужаса. Даже Уолли побледнел. На улице холод собачий. Минус десять, наверное. Я не представлял, что можно будет сделать, если Лорд сейчас этот ящик материализует.
          Вот зачем ему все время пугать Эйва? Пугал бы Нотта, например, или даже Руди.
          Но, по секрету скажу, что я знаю, зачем. Никто из нас не пугается так забавно, как Эйв.
          К сожалению, в последнее время Шеф все реже шутит и все чаще свои дикие фантазии воплощает в реальность. Поэтому вчера мне смешно не было. А вот Айсу, оказывается, было. Интересно, что бы он стал делать, если бы... стоп... так Айс ведь и сделал... Это же он предложил проверить, кто еще из верных слуг Повелителя страдает клаустрофобией. К счастью, таковых не оказалось, но Шеф так увлекся этой идеей, что про Эйва позабыл мгновенно. А я и внимания не обратил. Все думал, что бы сделать, если Шеф снова про Эйва вспомнит.
          

~*~*~*~

          
          
          - Он уверяет, что он потомок Салазара Слизерина. Может разговаривать на серпентанге. Умелый манипулятор. Играет на страхах, темных сторонах и темных секретах людей. Легко вторгается в разум. Сеет вражду и панику. Заставляет человека сражаться с самим собой. С легкостью убеждает авроров. Они переходят на его сторону целыми группами. Им все равно, кого убивать. Они уже привыкли. «Imperio», опять же. Запугивает. Сам никому не верит... И он действительно бессмертен. Насколько я могу об этом судить.
          Дамблдор на меня не смотрит:
          - Назовешь кого-нибудь?..
          Вот еще!
          - Зачем?
          Теперь смотрит. Я тоже на него смотрю. Молчим...
          - Северус, ничего не выйдет, и не пытайся...
          - Я не нарочно. Извините.
          - Я понимаю, - говорит он, улыбаясь и... зевая.
          Как же! «Не пытайся». «Не выйдет». ПОКА не выйдет. А вот если согласиться на предложение Кеса да еще попрактиковаться... тогда очень даже выйдет. Еще как!
          С детьми-то и сейчас получается. Дети сами по себе неисчерпаемый источник энергии. Любой урок можно провести двумя разными способами. Если уметь, конечно. Можно сделать так, что от тебя уйдут бодренькие и счастливые детки, а ты останешься как выжатая губка, а можно ровно наоборот. Я придерживаюсь второго варианта. Всегда. Чем-то я похож на дементора. Правда, воспоминания меня не интересуют, а вот их страх и испорченное настроение очень тонус поднимают. Пусть уж лучше они уходят после встречи со мной еле волоча ноги, чем я буду уставать от них.
          - Я правда не нарочно.
          - Ты делаешь так каждый раз, когда тебе не нравятся мои вопросы. А я потом полдня спать хочу.
          Смеется. Это хорошо. Честно говоря, я действительно специально на него не нападаю. Но и не сдерживаюсь особо. Чего уж там...
          - Нотт, Крэбб, Гойл, Макнейер, Эйвери, Лестранги. Все под «Imperio». Невозможно избавиться. Очень сильное заклятие подвластия. Запуганы, околдованы. Ничего не соображают.
          Вот так. Фэйт прав, конечно. Председатель Уизенгамота и без меня понимает, что вся наша компания сейчас рядом с Шефом. Пусть знает, что с них спрашивать нечего. На всякий случай. А то вдруг и правда... Лорд войну проиграет... а мы останемся...
          Если бы не упорство и невероятная работоспособность Дамблдора, я не знаю, что бы уже случилось с нашим миром. Не то, что я совсем не хочу, чтобы Шеф победил... и не то, чтобы хочу победы Министерства... Не знаю даже...
          А вот Альбус точно знает, чего он хочет. Это Гриффиндорское. Ненавижу Гриффов. У них сразу все ясно. Так просто делят мир на «хорошо» и «плохо». А мне что прикажете делать? Да и не бывает так. Это показное все. Поэтому-то я их и ненавижу. За показуху. Они такие все правильные... А я знаю, лучше многих знаю, сколько авроров-гриффиндорцев перешло на Темную Сторону. Сделали, как им удобнее... А я вот не могу сделать, как мне удобнее. Я бы сейчас заперся в ашфордских подземельях года на два... Да кто ж мне позволит?..
          А Дамблдор успевает абсолютно все. Он курирует работу Министерства, пытается ограничивать злоупотребления Крауча, руководит Орденом Феникса, который так и остается в статусе «подпольной организации» для соблюдения секретности, наверное. Все же знают, что половина Министерства работает на Лорда. А еще Хогвартс. Школа уже больше года является единственным относительно безопасным местом во всем нашем магическом мире. Да и не только магическом. У магглов тоже очень опасно. Каждый день убийства. Еще только март, а больше половины родителей наших учеников обратились к директору с просьбой позволить детям остаться на лето в школе. Конечно, им никто не откажет. Только для нас это означает отсутствие лета как такового. Почти для всех. Кроме меня. От слизеринцев таких просьб почти не поступает. Это приятно. Старые семьи или на стороне Темного Лорда, или сами могут позаботиться о своей безопасности. Кто бы сомневался...
          Но, так или иначе, а Дамблдор сейчас невероятно популярная личность. Деятельность Крауча не нравится многим, а больше и нет никого. Министерство дискредитировано полностью. Я не понимаю, как Альбус с этим справляется. Но он справляется. Железный старик.
          И я снова иду к Кесу. Хотя понимаю, прекрасно понимаю, что Кес опять мне откажет. Да я и хочу, чтобы он мне отказал.
          Только Дамблдор ведь тоже не всесилен. Неправильно, что он совсем один...
          На этот раз Кес почему-то раздражен:
          - А ты, Севочка, все-таки немного зануда, не в обиду тебе будет сказано. Я не могу позволить себе роскошь играть на стороне потенциальных победителей. Я перестану быть самим собой. А Томми не могу поддерживать из этических соображений. Ты понимаешь?
          - Нет.
          - Действительно, кого я спрашиваю. Хочешь стать победителем, Севочка?
          Не нравится мне как звучит этот вопрос… Кто же не хочет стать победителем? Конечно, хочу!
          - Да.
          - А я не хочу.
          - Почему?
          - Разве я не объяснил?
          Я не понял. Я опять ничего не понял. Это я такой тупой, или он нарочно меня путает? Я ничего не понимаю, а потом он устало сообщает «я же тебе говорил», и вроде бы получается, что действительно говорил. Говорит-то он всегда вовремя, а объясняет, когда уже поздно. И сейчас - то же самое. Вот что он хотел сказать? Победителем быть плохо. А побежденным что, хорошо? Это опять шутка такая?
          - Кес, я ничего не понял. Извини. Или объясни, или давай это прекратим.
          - Ты, Севочка, не желаешь понимать, потому и не понял. Ума у тебя хватает. Даже с избытком. А желания – нет. С чего мы и начинали. Желания человеческие – вот основа вашего мировосприятия. Что же я могу сделать?
          Я смотрю на него почти умоляюще. Я три ночи не спал. Зачем он меня мучает...
          - Хорошо. Давай подойдем с другой стороны, но потом не обижайся. Я не могу быть победителем физиологически. Ты только представь на секунду, что бы стало с этим миром, если бы такие, как я, могли побеждать. Во всех смыслах этого прекрасного слова. Все. А теперь иди спать.
          Он что хотел сказать? Нет, он точно издевается. Я уверен.
          

~*~*~*~

          Профессору Снейпу.
          Хогвартс.
          14.03.1981
          Севочка, я тебя очень прошу быть поаккуратнее. У нас с Томми наметилась легкая конфронтация, совсем пустяки, но ты уж, пожалуйста, с ним не спорь, даже если он сделает тебе ряд не совсем обычных предложений. Будь умницей, со всем соглашайся и ничему не удивляйся. Я очень рассчитываю на твои сдержанность и благоразумие.
          Кес.
          

~*~*~*~

          Чтобы такое вежливое и невинное письмецо с рекомендациями сдерживаться и вести себя благоразумно не привело в ужас с первых строчек, надо совсем не знать Кеса. Что там могло случиться?!
          Минут через пять после прочтения этого эпистолярного шедевра я уже выпрыгивал на Тревес из Западного Камина. Народу... И все галдят...
          - Где Кес? И вообще, что тут у нас происходит?
          - Ты представляешь, Сев, Кес этой ночью убил Самеди! – радостно сообщает мне Крис.
          - ЗДЕСЬ?
          Мне плохо.
          - Конечно, здесь!
          - Я не понял! Ты чего радуешься-то?
          Они все радуются. Кретины.
          - А что, плакать, что ли?
          - Сев, ты чего такой злющий? – Каси, как всегда, манерно тянет слова, - мы так поняли, что это милое создание к тебе приходило.
          А я так понял, что к Кесу. Мании величия у меня нет. Великие люди ей не страдают.
          - Где Кес?
          - Сейчас приведу, - Крис просто растворяется в воздухе.
          Я завидую. Черной завистью. Я всегда завидую, когда это вижу.
          - Я бы хотел остаться один! – делаю я решительное заявление, игнорируя розовый язычок, который показывает мне обиженная Каси. И не только она...
          - Севочка... Ну зачем ты прибежал? Я просто тебя предупредил на всякий случай. Такие пустяки...
          Мы уже одни, и я могу свободно выплеснуть свою ярость... страх... бессилие... даже не знаю точно – что именно:
          - ПУСТЯКИ? Наемный убийца! В моем Замке! Это пустяки? Его подослали тебя убить!
          - Севочка, ты такой наивный, честное слово. Ну и что? Я перестал подсчитывать количество присылаемых ко мне убийц где-то во времена Пилата. Просто сбился со счета...
          - Меня это не касается! Ты лучше скажи, когда был последний?
          - Сегодня. И прекрати кричать.
          Все. Надо мной опять издеваются.
          - Я спрашивал о предыдущем, - рычу я на него.
          - Ты спросил о последнем. А предыдущий приходил лет пятьдесят назад. Их тогда вообще было много... Так что волноваться совершенно не о чем.
          Я никогда в жизни не думал, что я буду делать, если не станет Кеса. В мою «гениальную» голову за столько лет эта простейшая мысль не заглянула вообще ни разу. Только сегодня...
          Я не хочу... Какой кошмар...
          Я убью его. Я не знаю, как, но я его убью. Кес говорил, что можно...
          - Ну что ты так перепугался, Севочка? Правда же, пустяки. Вряд ли он хотел меня убивать. Он знал, что не выйдет. Так... припугнуть немного... Успокойся.
          - Что он хотел?
          - Понятия не имею, - честно-честно глядя мне в глаза и небрежно пожимая плечами, лжет Кес.
          Дальше можно не спрашивать. Все равно не скажет.
          Мне плохо.
          - А кого он пришлет теперь? Метузелу? Ему кто только не служит...
          - Твое невежество, Севочка, местами поражает. Метузелу прислать нельзя. Они вообще к разумным действиям не способны. Успокойся. Но, на самом деле, мы закрываемся. Если ты не против.
          Какой там против. Я всегда – за. Мне никогда не нравилось, что у них там в Западном Крыле все камины подключены. Один надо оставить. И только для кровных родственников. Вот и все.
          Но не позлорадствовать напоследок я не могу:
          - Вот видишь, Кес! А ты говорил, что к нашей войне отношения не имеешь.
          - Я-то к ней не имею. Еще бы она от меня отвязалась, – устало парирует он.
          Уйти я не смог. Так и ходил за ним весь день. Что-то мне совсем нехорошо. Вроде и камины все перекрыли, а все равно... беспокойно...
          - Так и будешь меня охранять? – смеется он к вечеру.
          - Да.
          - Уверяю тебя, беспокоиться совершенно не о чем. Но чтобы день зря не пропал, так и быть, пойдем поговорим серьезно.
          После ужина сидим на диване. На Тревесе, естественно.
          - Хорошо, Севочка, я сдаюсь. Что ты хочешь знать?
          Ага, уже поверил. Я сейчас, как дурак, начну опять откровенничать, а он, как обычно, станет развлекаться.
          - Я тебе не верю...
          - Так это же прекрасно! Не надо мне верить. Надо думать.
          А я, простите, чем тут занимаюсь?
          - А ты, мой хороший, дурью маешься, - жизнерадостно отвечает Кес на мой мысленный вопрос.
          - Убирайся из моей головы! Немедленно!
          - Хорошо, хорошо, - он смеется и выставляет руки ладонями вперед. – Извини! Да я и не могу, на самом-то деле. Давно уже не могу, Севочка. У тебя на личике все написано.
          Очень смешно!
          Я. Его. Ненавижу.
          - Ладно, рассказывай.
          - О чем?
          - О чем хочешь.
          Рассказывает. Неужели на этот раз серьезно?!
          - Только прошу тебя постоянно помнить, что все это только теория. И она не моя.
          Да меня от слова «теория» в его исполнении уже мутит.
          - Одна из многочисленных теорий мироздания рассматривает развитие любого общества как череду вызовов истории и ответов цивилизации на них. Такой вызов обнажает подлинное лицо цивилизации и проверяет ее жизнеспособность. Не обошла данная закономерность и ваше магическое сообщество. Вы оказались совершенно не готовы к решению вставших перед вами проблем. Хотя именно ваше общество должно бы уже привыкнуть в силу своей специфики к тому, что время от времени появляется властолюбивый сильный волшебник, бороться с которым очень сложно. Со времен Гриндевальда прошло не так уж и много лет. Но вы оказались совершенно беспомощны. Тем хуже для вас. Никакого сочувствия ваши несчастья не вызывают. По крайней мере, у меня.
          Кто бы сомневался?! И почему меня это нисколько не удивляет?.. Я даже в тяжелом бреду не смогу смонтировать понятие «сочувствие» с понятием «Кес».
          - Насколько я понимаю, главная цель, обозначенная Томми для своих сторонников - это очищение колдовской расы от влияния магглов. Ваша организация включает в себя многих амбициозных потомков небогатых и утративших былое влияние чистокровных семейств, а также аристократов, испуганных снижением их роли в магическом мире и видящих в Томми последнюю надежду на возвращение того положения, которое они, по их же мнению, заслуживают. Здесь мы сталкиваемся с понятием «культурного шока». Вы настолько напуганы проникновением полукровок и просто магглов в ваш мир, что хотите избавиться от них любой ценой. Возникает типичная защитная культурная реакция: все, что идет вразрез с традициями и обычаями «моего сообщества», объявляется чуждым и враждебным. Мир разделяется на «мы» и «они», при этом «они» выводятся за рамки «общества» и объявляются средоточием «мирового зла». По отношению к «ним» разрешено прибегать к любым приемам. Нравственные категории отсутствуют, в принципе.
          Пока вполне логично. Интересно, в какой момент он опять все переставит с ног на голову...
          - Сам Томми, скорее всего, ваших убеждений не разделяет. Видимо, он просто использует чистокровных фанатиков. Совершенно очевидно, что убийства, которые Томми спустил с привязи, и в которых уже давно замешаны обе конфликтующие стороны, не столько приближают чистокровных магов к власти, сколько разрушают остатки вашей касты. Развязанная им война разделила чистокровных колдунов на два непримиримых лагеря. Очень похоже на то, что когда ваши дрязги закончатся, просто не останется чистокровных магов в количестве, способном обеспечить выживание расы, независимо от того, кто победит. Очевидно, что Томми это мало волнует. Он может быть только на одной стороне – на своей собственной. Он готов истребить любое количество магов и магглов в процессе своего продвижения к господству. Ему все равно.
          Пока еще все верно. Даже очень. Ну-ну...
          - Ресурсы Министерства истощены практически полностью. Оно уже никого защитить не может. Единственным шансом сохранить жизнь себе и своим близким сейчас является присоединение к твоим приятелям. Министерство наводнено шпионами. Все это знают, но сделать ничего не могут. Центральная власть беспомощна.
          Вот здесь мне уже что-то не нравится... Не пойму только что именно...
          - У Томми сейчас серьезнейшие проблемы. В голове. В этом его главная беда. Власть чрезвычайно много для него значит, но только потому, что доставляет ему удовольствие. Принципиальная же его цель – победить смерть. Нет смысла добиваться власти, если жизнь закончится и нельзя будет наслаждаться достигнутым. Он, бедняжка, не в состоянии постигнуть, что не бывает ничего вечного. Вопрос времени очень относителен. Проходит решительно все. Глупость несусветная.
          Стоп! Стоп! Стоп! Вот как только прозвучало «бедняжка» - все! С этого момента надо мной начинают издеваться. Однозначно. Можно вставать и уходить.
          А можно и послушать... На всякий случай...
          - У Томми несколько причин стремиться к бессмертию. Во-первых, боязнь смерти, во-вторых, технический интерес – он поставил нерешаемую задачку и пытается ее решать, в-третьих, он умен и прекрасно понимает, что для решения этой задачи одной человеческой жизни не хватит. После ряда магических преобразований он добился относительной безопасности – в основном за счет того, что вывел себя за рамки жизни, как таковой. Вероятно, одно из преобразований дало ему часть природы рептилии, или чего-то подобного. Здесь я, Севочка, не специалист. Точно не скажу. Теперь он может без особого риска для жизни вести активную борьбу за власть. Он убеждением или запугиванием привлекает на свою сторону большинство чистокровных семей, начинающих угасать и терять былое влияние. Он обещает им поддержку и руководство, а в будущем – возвращение прежних позиций.
          Кстати, это он уже говорил... Кажется...
          - Таким образом, Томми разбил ваше колдовское сообщество на два лагеря и вскоре, в обстановке постоянной угрозы и искушения для обеих сторон, начали процветать убийства, подозрительность, страхи, сведение личных счетов. Он компрометирует своих соратников, вовлекая их во все более ужасные преступления, чем лишает их пути к отступлению. Покинуть его невозможно. У вас сейчас идет осознанно развязанная гражданская война – лучший повод для узаконивания террора и укрепления позиций лидера. Здесь Томми оказался весьма практичен. К тому времени, как большинство из вас смогло понять, во что впуталось, отступать было уже поздно. Вы теперь все заняты уничтожением друг друга, что наблюдать крайне забавно. Ты уж извини.
          Тоже мне – удивил. Ему все забавно.
          - То, что у вас сейчас происходит, называется старым добрым словом «террор», то есть – ужас.
          Ага, летящий на крыльях ночи...
          - Ужас, запугивание, нагнетание страха, насилие всегда были одними из самых распространенных явлений, к которым одинаково часто прибегали и тайные организации, и официальные власти. Ничего нового Томми не придумал. Можешь мне поверить.
          Я верю. Пока опять все правильно. Даже на «бедняжке» не застряли. Что радует безмерно...
          - Любые террористы исходят из принципа «горстка борцов может обрушить лавину», который, к сожалению, иногда срабатывает. В вашем случае - точно сработало. Основные психологические особенности - неразборчивость в средствах, тщеславие и амбициозность, стремление к тайной власти и прочие - являются типологическими для облика террориста. Насколько я понимаю, все это присутствует у твоих приятелей в большом количестве. Они - «борцы за великую идею». Вот тут мы сталкиваемся с некоторым парадоксом.
          Так. Приехали. Раз парадокс, значит, сейчас наверняка все перевернет...
          - Понимаешь, Севочка, тут такая странность наблюдается. Почему-то в государствах с сильной репрессивной центральной властью террористические организации не возникают. «Борцы за свободу», как правило, появляются именно при достаточно либеральных политических режимах.
          - Это нелогично...
          - Конечно, нелогично. Я тебе почти пятнадцать лет объясняю, что этот мир постигнуть логикой нельзя. Он устроен таким образом, что любое следующее логическое построение может оказаться маразмом. В нашем мире присутствует прочная иллюзия логики, но не она сама.
          - Да, ты говорил... я помню...
          - Возвращаемся к «борцам за идею». Такое положение вещей действительно нелогично, но вполне объяснимо. В широких массах, живущих в по-настоящему репрессивном обществе, наблюдается не только покорность и молчание перед лицом авторитарных вождей, но и глубокая привязанность к ним. Люди могут любить своего тирана, следовать за ним, пренебрегая собственной свободой и жизнью. В основе такого парадоксального поведения лежит внутренняя потребность любить, подражать и подчиняться лицу более сильному, от которого ждут обеспечения безопасности и защиты. Человеческая неуверенность в себе требует присутствия личности авторитетной и сильной. Люди «ищут, кому бы передать свою свободу». Чувство уверенности в себе человек черпает, ощущая причастность к силе, власти и могуществу. Эти ощущение он получает, безоговорочно предаваясь и покоряясь силе. И делает он это добровольно.
          Спорить тут не о чем. Все правильно. Изначально все мы пришли к Лорду по своей воле. Сила восхищает... На этот раз Кес, видимо не смеется надо мной. Он говорит совершенно серьезно.
          Почему же мне так тоскливо?..
          - Как свидетельствует история, «борцы за свободу», пришедшие к власти, обычно строят на месте свергнутого строя режим такого насилия, по сравнению с которым все злоупотребления, реальные или мнимые, прежнего режима кажутся невинными шалостями. Это один из законов мироздания. Об этом мы с тобой тоже уже говорили. Еще ни одна гражданская война не привела к каким-либо улучшениям. Помнишь?
          Я только киваю. Конечно, помню. Только тогда мне казалось, что Кес надо мной потешается. Теперь не кажется...
          Мне плохо.
          - Насилие действует по принципу бумеранга, - рано или поздно возвращается к тому, кто его выслал. Разгул терроризма практически всегда вызывает разгул репрессий со стороны власти. Терроризм может спровоцировать общий переход государства к реакции и террору. Это именно та живописная стадия гражданской войны, на которой вы находитесь в настоящий момент, если ты еще не понял.
          Я понял... Я уже все понял... Дальше будет только хуже...
          - Дальше будет только хуже. Существует такая неприятная вещь, как провокация, когда терроризм сознательно допускается и даже провоцируется представителями власти. Принцип примерно следующий: «мы вызовем их на террор, чтобы потом раздавить...» Насколько я понимаю, именно к ряду провокаций прибег Крауч, чтобы провести свой закон, разрешающий аврорам применять Запрещенные Заклятия к людям, вина которых не доказана. Все. Круг замкнулся. Все участники вашей войны равноправны, идентичны, ничем не отличаются и с увлечением занимаются истреблением друг друга. В завершение нашего краткого экскурса могу тебе напомнить, что девяносто пять процентов цивилизаций гибнут не от внешних факторов, а от внутренних катаклизмов. Вы представить себе не можете, как вы сейчас близки к самоуничтожению.
          Мне плохо...
          Зря я так настойчиво требовал от него высказаться...
          Неужели все это правда...
          

~*~*~*~

          
          
          
          Я стою в полутемной комнате… Он кружит вокруг. Как огромная черная муха…
          - Ты все расскажешь мне, Север. Я все хочу знать. О твоих мечтах… о твоих страхах… о твоих снах… о Каесиде…
          Опс! Вот о Кесе-то я точно не знаю ничего. Вернее, я, как недавно выяснилось, знаю про него много интересного, о чем даже Айс не подозревает. Я тут ввязался в премиленькое дельце… Абсолютно маггловский сюжет. Подкопал одну американскую компанию. Уже и купил почти. Аферы с акциями – мой конек. А тут, ни с того ни с сего, является перед собранием акционеров Кес… в костюме… я как рот открыл… так и сидел, не моргая… он усмехнулся, мило-мило, глазищами своими черными уставился и говорит мне тихо и ласково: «Так не пойдет, мой мальчик. Это мое». И все. «Мальчика» сдувает, конечно. Из того сектора рынка. В принципе и навсегда. Не особо меня фармацевтика интересует. Даже совсем не интересует. Так… Случайно получилось. Но как же я веселился, когда в себя пришел. Думал с ним даже поболтать о той встрече, а потом не стал. Ну его.
          Только ведь Шефа совсем не это интересует. Совсем не это. А у меня, если честно, то впечатление самым сильным и осталось. Я теперь только так Кеса и представляю… как он в дверь заходит… в костюме... потому что это гораздо страшнее… просто ни Айс, ни Лорд не поймут этого никогда. Они слишком умные оба для того, чтобы понять, что с ними будет, если мы с Кесом перестанем заботиться об их финансовом благополучии. В их гениальные головы такие пустяки и не приходят даже.
          Так я и не понял, что Шеф от Айса хотел. Покружил, пошипел… Долго… Но не тронул. Злился страшно. Не знаю, что у них там происходит.
          
          

~*~*~*~

          
          Я когда ЭТО в думоотводе увидел, мне чуть плохо не стало. Еще чуть-чуть и… я даже не знаю, что «и». Все. С этого момента мы больше не меняемся. А я-то все гадал, когда же Лорд прямо потребует от меня активных действий.
          Следующий подобный разговор уже намного конкретнее. Он злится. Я слушаю. Говорит, что Кес стар. Ничего не понимает. Когда будет установлен Темный Порядок, мы пожалеем, что не встали на сторону Великого Повелителя. Кес погубит Семью своим бездействием. Я должен тщательно все обдумать. Я должен решить сейчас. Я должен сделать правильный выбор. Я должен... Я должен... Я должен…
          Я ни хрена тебе не должен! Я никому ничего не должен. Даже Кесу. И я уже давно не тот безмозглый щенок, который купился на твои фейерверки.
          - Я подумаю, мой Лорд. Это очень серьезный шаг. Я подумаю, поговорю с Кесом и надеюсь, вы останетесь довольны результатом.
          - Я тоже очень надеюсь на это, Север. Ты свободен.
          Так он стал четвертым. Четвертым человеком, которого я ненавижу и боюсь совершенно панически, а значит, бесконтрольно. Ему же хуже. Потому что для меня нет на этой земле ничего более ужасного, чем люди, когда-либо пытавшиеся заставить меня принять предложение Кеса. Именно заставить.
          Занятная подобралась компания. Три аврора и Темный Лорд.
          Я поклялся, еще в школе поклялся. Был повод. Тот, кто заставит меня принять Наследство против воли, и станет моей «первой жертвой». Стыдно признаться, но этот момент тоже удерживал меня в Азкабане от принятия поспешных решений. Больно уж Моуди противный.
          Лорд стал не просто четвертым. Он стал первым, кто делал это осознано. Потому что ни Поттер с Блэком, ни Моуди не знали, на что они меня толкают. А Лорд знал, делал это нарочно и преследовал только собственные цели. Да еще имел наглость утверждать, что заботится о благе Семьи. Моей Семьи. Поэтому я ненавижу и боюсь его больше других.
          Справиться с приступами совершенно неконтролируемых ужаса и ненависти при виде этих четверых я не в силах. И мне это крайне не нравится. А что происходит, когда убийцу и отравителя напрягают некоторые личности, мы сейчас уточнять не станем.
          Я потерплю. И подожду. Торопиться некуда. Совершенно некуда.
          

~*~*~*~

          
          
          
          Тому Риддлу.
          Porcelain Tower.
          12.07.1981
          Приветствую, Томми!
          Как поживаешь, мальчик мой? Судя по всему, неплохо, с чем могу тебя только поздравить. Очень за тебя рад.
          Знаешь, Томми, у нас тут с Севочкой небольшая конфронтация приключились. Обидно, но ничего уж теперь не поделаешь, он очень меня разочаровал. Зря я, конечно, рассердился, но теперь уже поздно. Я так думаю, что Севочка до сентября отдыхать будет. Ты не волнуйся, пожалуйста, но в ближайшие два месяца он замка покинуть не сможет, и вообще, вряд ли до осени проснется. Ему нужен покой, а то раскричался, разнервничался, а это никому на пользу не идет. Так что ты уж извини, придется тебе как-нибудь без него обходиться.
          Всего тебе самого наилучшего, и пусть удача никогда тебя не оставит.
          Клаус Каесид.
          Старейший Князь.
          

~*~*~*~

          
          - Зачем ты желаешь ему удачи?
          - Знаешь, Севочка, такое пожелание от меня, особенно, если от всей души, имеет очень своеобразный эффект. Я бы даже сказал, что оно гарантирует серию серьезнейших осложнений. Томми, конечно, справится. Он же умничка. Но мне приятно...
          Письмо отослано. Утро. Всю ночь я уговаривал Кеса написать нечто подобное. Уж больно домогательства «Томми» стали навязчивы. Кесу такое положение вещей только на руку. Ему плевать и на магический мир, и на магглов. Его интересует только вопрос Наследства. Я умолял его сделать вид, что он сам не хочет это несчастное Наследство мне отдавать.
          К утру Кес согласился. Задумчиво глядя на меня, сказал, что «пожалуй, есть одна причина, по которой не стоит сейчас торопиться». Он что, всю ночь причину искал?
          - Ты действительно думаешь, что это решит твои проблемы? Томми, конечно, поверит. Он, в принципе, не в состоянии понять, что не все хотят быть властителями. Он сочтет, что я в последний момент не смог расстаться с властью. Но тут же решит, что ты теперь крупно разочарован. На два месяца я тебя прикрыл, но в сентябре тебе придется вернуться в Хогвартс. У тебя теперь есть обязанности, которыми ты не имеешь права пренебрегать. Декан Слизерина – это очень серьезно, Севочка. Там такие сложные дети… Это Альба неплохо придумал…
          - И что сделает Лорд?
          - Ну, подумай же!
          Так. Кес не хочет отдавать... а я хочу забрать… Боже… Конечно, именно так оно и будет! Я поднимаю на Кеса растерянный взгляд…
          Он ухмыляется. Он теперь постоянно ухмыляется. Говорит, что все происходящее его развлекает.
          - Я прав? – спрашиваю я его совершенно убитым голосом.
          - Абсолютно, мой мальчик. Абсолютно. Так понимаю, что предложение от меня избавиться ты получишь при первой же встрече. Так что будь готов и соглашайся. Тем более, что уничтожение ближайших родственников у тебя уже должно войти в привычку.
          Юморист.
          

~*~*~*~

          
          
          
          Это даже хорошо, что Айс решил временно не меняться. И вообще, два месяца у Шефа не появляться. Что-то у них там явно случилось, раз Кес Айса спрятал. Мне только лучше. У меня тоже как раз наклевывалось одно небольшое дельце, о котором ему знать не стоит.
          Я не стану ему рассказывать. Просто чтобы его не расстраивать. Да и себя тоже. Потому что Айс… Ну, не желаю я наблюдать, как в его душе происходит борьба прекрасного с возвышенным. Не желаю. Мне это тяжело. Я последний человек, который поставит Айса перед выбором. Потому что я знаю, что он выберет. И знаю, как ему будет от этого плохо. Поэтому я выберу за него. Ему и знать не надо. А результат его порадует. Даже очень. Я уверен.
          Это Гриффы пускай сражаются сами с собой и радуются победе благородства над желаниями. А для Айса конфронтация личных интересов с «делом», да к тому же с чужим «делом» - просто трагедия. Так нельзя. Он бывает слишком… идеалистичен. Все усложняет. Я бы ни секунды не сомневался: предпочесть свои интересы или чужие. Совершенно не важно, какими эти чужие интересы обладают характеристиками. Какая разница? Не делится мир на «хорошо» и «плохо». Только на «мое» и «чужое». Это относится ко всему. К вещам, к желаниям, к мировоззрению, к вере, если угодно. Айс пока еще этого не понял. Но он поймет.
          У меня, слава богу, никогда не возникает подобных проблем. А вот Айс второй год мечется между Шефом и запудрившим ему мозги стариком, толкующем о «высоких идеалах». У Айса всегда была эта проблема. Он слишком много думает. Есть вещи, о которых не надо думать. Даже опасно. Все гораздо проще. Будь там, где тебе лучше, с тем, с кем больше нравится, делай только то, что нужно тебе. Лично тебе. Все. Об этом не надо рассуждать. Это естественно, значит правильно.
          Айс совсем запутался, слушая Дамблдора. Когда Лорд придет к власти, нам всем будет очень неплохо. По крайней мере, Повелитель станет единственным, с кем придется считаться. Я лучше буду бояться и слушаться человека очень больного и страшного, но одного, чем дюжину бюрократов, которые сами не знают, что сделают завтра, да, к тому же, все время сменяются один другим.
          А Дамблдора надо ликвидировать в первую очередь. Смотреть страшно, во что он превратил школу. Кто воспитывает наших детей! Половина Хогвартса – грязнокровки. Нотт даже говорил, что там теперь учатся чистые магглы. То есть это что? Вообще магов в роду не было? И сумасшедший старик берет их в школу! Разве такое возможно? Теперь, когда у меня есть сын и наследник, мне это тоже небезразлично. То, во что превращен сейчас Хогвартс – это просто безобразие. Рано или поздно придется вмешаться. Дамблдор становится совершенно невозможен. Магглы в Хогвартсе! Да Шеф прав десять раз! Всех их гнать в шею. Тотального уничтожения все равно не получится. Это у Повелителя бред, конечно. Но закрыть от них наш мир необходимо. Магглам нечего здесь делать. Они и так превзошли нас во многих областях. Очень во многих. Большинство магов понятия об этом не имеют. К их счастью. Так что все правильно. Если Повелителю удастся остановить захват нашего мира тупыми алчными магглами и грязнокровками, то потом уже не важно будет, каким способом он этого добился. Нюансы забудутся со временем. Результат останется.
          И Айс не может не понимать, что Шеф прав. Но… Понимать-то он понимает. А делает что? Он просто запутался. Ничего. Разберется. Он же умница.
          И я ничего не сказал Айсу. Чтобы он не мучился. Потому что Айс ненавидит Поттера. Это я знаю точно. Он ненавидит и Поттера, и Блэка. Я же видел, как он на них смотрел. Но он все расскажет Дамблдору. Я уверен. Айс сейчас вообще плохо соображает, что делает. Так что и не нужно Айсу ничего знать. Это явно лишнее. К тому же, случайно все получилось.
          Я бы никогда не стал за Гриффами гоняться. Будь они хоть трижды авроры. Сами передохнут. С течением времени. Очень надо. Прибыли от них не будет точно. Одни убытки. Но в том-то и дело, что Петтигрю сам на Розье вышел. Вот тебе и Гриффиндор хваленый. Смелые! Благородные!
          Хотя, откровенно говоря, для того, чтобы сдать друзей детства так легко и всеобъемлюще, смелость необходима. Я бы так не смог. Например, сдать Айса. Да я просто боюсь. Как я останусь без него? Да и вообще... Это же Айс... Или Уолли... Нет уж. Я своих вещей не раздаю. Все мое принадлежит мне.
          А этот гном гриффиндорский ничего не боится. Сам пришел и служить попросился. Тоже смелость нужна. Сейчас даже я стараюсь лишний раз Шефу на глаза не попадаться. Он, честно говоря, совсем, бедняжка, головой тронулся. На всех кидается.
          А этот толстый недомерок ничего не испугался! Лорд так обрадовался, что метку ему сразу пожаловал. Видно, малыш здорово отличился. Все теперь будет как надо. Айс только порадуется, когда этих гадов не станет.
          Так я и не узнал, что Гриффы ему сделали в конце шестого курса. И не надо. У меня все равно останется твердая уверенность, что прикончил их именно я. Потому что я могу рассказать Айсу про Петтигрю, а могу и не рассказывать. Больше никто в этой истории решений не принимает. И так ясно, кто и как поступит. Лорд, Дамблдор, Айс, Петтигрю, Блэк, Поттер... Они все заложники этой ситуации. Они уже выбрать не могут. А я могу. Как решу, так и будет. И я уже решил.
          Правда, не знаю точно, что там у Лорда на уме, но и так ясно, что для Поттера с Блэком ничего хорошего Повелитель не готовит.
          Кто бы сомневался!
          Айсу сейчас необходимы положительные эмоции. Шеф со спятившим директором совсем его замучили. Сволочи.
          

~*~*~*~

          В конце августа я вернулся в Хогвартс. И к Шефу пришлось идти. Куда деваться-то? Поведение Повелителя слегка удивило. Он был ласков и выражал сочувствие. Я сдуру и не понял сначала, в чем, собственно, дело. Полтора месяца, проведенные дома, сыграли со мной злую шутку. Я совершенно расслабился. Это было лучшее время в моей жизни за последние пять лет. Но Шеф-то считал, что я пострадал, выполняя его приказы. Это было забавно. Я сказал ему, естественно, что за него готов и в огонь, и в воду. Не такими словами, конечно, но очень похожими. Он остался доволен, и никаких указаний по поводу Кеса не последовало. Возможно, Повелитель решил, что мне еще рано с Кесом связываться, если меня так просто на два месяца из общественной жизни вывели и спать уложили. Хоть не пришлось объяснять мой отдохнувший вид. И на том спасибо.
          Ну, держитесь, мой Лорд! Я теперь отдохнувший… и очень на вас злой...
          О-очень злой.
          

~*~*~*~

          
          
          Айс приносит нам хогвартские анекдоты. Причем в большом количестве. Лорд их любит. «Профессор Дамблдор, у вас есть часы?» «Есть». «А почему же вы их не носите?» «Да, знаете, неудобно, маятник, гири...»
          А еще он шутки шутит. Дебильные.
          - Хорошо вчера повеселились? – лениво спрашивает Шеф.
          - Да ужасно, - звучит тихий ответ Айса. - Зашли вчера в кабак, официантка подходит и говорит: «Ребята, что будем заказывать?» А Малфой возьми да и ляпни: «Девчонок!» Пришлось съесть…
          Тишина. У Айса совершенно серьезное выражение лица. Кто здесь поверит, что он так шутит? Никто не поверит. У Айса репутация опасного человека. Без чувства юмора.
          - Это где такой кабак нашли? – задумчивость Шефа еще никому добра не приносила.
          Никогда.
          Я откручу Айсу голову... вот возьму... за нос… и откручу.
          Это он так заботится о моем имидже. Я понимаю, конечно. Но не до такой же степени!
          Вот зачем Айс так делает, а? Я тут и без того в роли местного пугала выступаю. Обидно даже. Еще с этого идиота Забини все началось: «Малфой не первый год имеет нас всех…» Очень смешно! Сволочь неблагодарная! Я мог его вообще без штанов оставить. Думать надо, что подписываешь.
          Айс тем временем не теряется:
          - Понятия не имею. Где-то в Лондоне. И не вкусно вовсе. А Малфой заливал: «Такая кухня, такая кухня…» Вы, мой Лорд, ему не верьте. Все врет. Такая гадость, честно говоря.
          Вот как Айс себе представляет? Что я сейчас должен делать, если Шеф скажет, например, что хочет туда сходить… или просто спросит, где это…
          - Люци, ты оказывается такие места знаешь… сводишь нас туда?
          Кто бы сомневался?..
          Сказали же ему: НЕ ВКУСНО! До чего же бестолковый!
          - Слушаюсь, мой Лорд. Когда угодно.
          Прелесть какая!
          С интересом посмотрю, как теперь Айс станет меня вытаскивать. Из такой милой ямы с покатыми краями, в которую сам же и усадил.
          Ну не идиот?
          

~*~*~*~

          И что Фэйт так нервничает? Шеф за своим глобализмом и не вспомнит через пять минут. Он такими пустяками не интересуется вовсе. Мне бы его проблемы...
          Убийц в Ашфорде больше не было. Но ведь это ничего не значит. Они могут появиться в любой момент. Особенно теперь, когда я заставил Кеса притворяться, что он сам не хочет отдавать мне Наследство.
          Если Лорду удастся избавиться от Кеса, то мне придется становиться Князем в любом случае. Деваться некуда. А специфическая психология нашего Шефа, очевидно, не дает ему возможности постигнуть тот простейший факт, что за него, в этом случае, я уже не стану сражаться никогда. Он-то будет считать, что я в восторге от открывшихся перспектив.
          А это забавно... Очевидно, что при таком раскладе я так и останусь двойным агентом. Лорд будет уверен, что оказал мне услугу, а Дамблдор будет знать, как я его ненавижу.
          Директор, вообще, как оказалось, человек очень сложный. Я тут недавно обсуждал с ним возможные варианты моего участия в войне. И удивил он меня безмерно.
          После лета, проведенного в Ашфорде, я практически принял решение, которое на тот момент показалось мне единственным возможным. К осени обстановка осложнилась настолько, что я решил все-таки повоевать. Но так как это решение проистекало исключительно из чувства долга, а все мои желания противились ему со страшной силой, то я отправился посоветоваться с Дамблдором. Хотя и понимал прекрасно, что принятое мной решение крайне его обрадует, и надеяться мне особо не на что.
          Каково же было мое удивление, когда Альбус высказался категорически против. И я понял, что пропал. Пропал навсегда. Потому что директор - единственный, кто уже трижды остановил меня на самом краю той бездны, которую я всегда считал неизбежной и боялся больше всего не свете. Только он смог понять, чего мне стоили эти решения, и как я был счастлив этого избежать. Если он смог остановить меня даже сейчас, когда ему самому невероятно выгодно мое превращение в Князя... Он что, действительно может?.. У меня это вообще в голове не укладывается. Я впервые с таким столкнулся. Ему же это так удобно... Ничего не понимаю...
          Уверен я только в одном. Дамблдор точно знает, какое это все имеет для меня значение.
          Но я еще подумаю... еще подумаю... У меня теперь к «Томми» и свой счет есть. День ото дня увеличивающийся...
          

~*~*~*~

          Айс доиграется. Со своей страстью к логическим построениям. Он мне прямо заявил на прошлой неделе, что если бы Повелитель чаще думал, то у него бы это лучше получалось. Я даже не сразу понял, что это шутка, и сдуру покивал головой. Вот Айс потом веселился…
          Беда была в том, что при этом заявлении присутствовал не только я, а еще человек десять. И все покивали. Сумасшедших там нет, чтобы с Айсом спорить.
          К утру я затащил его в Имение и устроил скандал. Большой. Я почти кричал на него:
          - Ты понимаешь, идиот ненормальный, что на тебя просто донесут?!
          - Кто?
          - Да кто угодно! Полно народу было!
          - Да нет… вряд ли…
          - Айс, ты чем думаешь? Как это «вряд ли»?
          - Ну, ты тоже ведь был согласен. Сидел, кивал. Вот беги теперь. Доноси. А я скажу, что проверял твою лояльность.
          Ни фига себе! Гад какой!
          - Думаешь, получится?
          - Конечно, получится. Шеф знает, что они все дебилы.
          - Кроме тебя, естественно?
          - Кроме меня.
          - Айс, а тебе не приходило в голову…
          - Что я не всегда прав? Приходило. Но я прав всегда. Проверено.
          У меня deja vu. Сильнейшее. С чего бы это?..
          И у меня опять болит горло. Все из-за него. Нарочно меня доводит. Сволочь.
          Но самое страшное не это. А то, что я ничего не могу с ним поделать. Айс отрывается на полную катушку. Он после лета, проведенного в Ашфорде, обнаглел до невозможности.
          Не далее, как позавчера, Айс сказал Нотту, что Шеф велел написать на дверях Парадного Зала Фарфоровой Башни, где проходят наши собрания: «Есть ли жизнь после смерти? Зайди - узнаешь!» Нотт, естественно, приказ выполнил. Описать не могу, в каком ужасе мы в тот вечер на этом собрании пребывали. А Лорд этой надписи не видел. Он-то прямо к своему креслу аппарирует. Когда Айс мне сказал на следующий день, что это он так пошутил, я думал, что убью его. Гад! Шуточки называется.
          В связи с этим, даже упоминать не стоит тех двусмысленностей, которые говорятся прямо Шефу в лицо: «Главный принцип любой успешной деятельности: сначала сделать... и потом не думать...» Или это: «Вы так милосердны, мой Лорд! Вас еще никто не уличал в жестокости! Ни одна живая душа!»
          Самое потрясающее, что Шефу это нравится... Или не понимает, Айс же уверял, что у него проблемы с логикой, или принимает за комплемент.
          Когда я пытаюсь говорить об этом с самим Айсом, он только смеется.
          - Понимаешь, Фэйт, на самом деле, при желании в любой самой невинной фразе можно найти подтекст. Если хорошо поискать. При желании вообще можно все …
          - Айс, то, что ты вытворяешь – очень опасно.
          - Ни капли. Успокойся. Это пустяки.
          И что прикажете мне с ним делать?
          После последнего доклада Шефу о панике в Министерстве, я от Айса отстал. Если Шеф глотает даже такое…
          - А что говорит Дамблдор о нашей организации?
          - Старик в недоумении, мой Лорд. Жалуется, что ничего не понимает. Говорит, будто самое удивительное, что число Упивающихся растет с каждым днем, хотя сами они не размножаются... Спрашивал у меня, что бы это значило?..
          Я бросил безнадежный взгляд на откровенно ржущих Розье с Эйвом и понял, что бороться бесполезно. Здесь я проиграл…
          - А что тут удивительного? – задумчиво спросил Шеф, - конечно, наша организация быстро увеличивается… Дамблдор совсем умом тронулся. Нашел, чему удивляться…
          - Вот и я говорю, мой Лорд. Удивляться тут совершенно нечему, - радостно согласился Айс.
          

~*~*~*~

          
          
          Серьезными разговорами меня больше не балуют. Кес решил, видимо, что одного раза вполне достаточно. Это он правильно решил. Я еще от того «краткого экскурса» никак в себя прийти не могу. Зато теперь ничему не удивляюсь. Потрясения, они тем и хороши, что их переживаешь один раз, а потом уже - хоть трава не расти. Кес как-то сказал мне: «Все, что нас не убивает – делает нас сильнее!» Давно сказал. В конце шестого курса. Я был тогда на него зол и не очень понял, что он имел в виду. А теперь согласен. Полностью.
          - Ты не представляешь, Кес, что сейчас творится. Люди в ужасе, каждый день кого-то убивают, никто никому не верит. Все запуганы. Кругом предатели. Что ты улыбаешься?..
          - Так это же замечательно...
          - ЧТО?
          - Не волнуйся так, Севочка. Лучшей трагедией со времен Аристотеля считается трагедия с запутанным сюжетом. Постоянно кто-то умирает, никто никому не верит, всем страшно, каждый второй – предатель... Я правильно тебя понял?
          Нет, ну как так можно, а?
          - Весь магический мир в ужасе, а ты сидишь в первом ряду партера и развлекаешься?!
          - Я не развлекаюсь. И сижу, кстати, на галерке. Просто я получаю эстетическое удовольствие от хорошо разыгранных спектаклей. Ты представь, сколько я их уже видел. Ваша трагедия развивается по классическим античным законом, ни одного из которых вы не нарушаете. У вас даже пророчество есть, насколько я слышал. Тоже в античном стиле. Приятно, что в этом изменчивом мире хоть что-то не меняется.
          - Ты знаешь о пророчестве? Ну и...
          - Что?
          - Ты… веришь в него?
          Он смеется.
          - Я не верю ни во что, исходящее от людей. Я только наблюдаю.
          Кто бы сомневался.
          - Мне вовсе не нужно знать пророчество блаженной дамы, чтобы сказать тебе, чем закончатся ваши дрязги. Что может получиться из столкновения Гончара с Архизлодеем – история вечная, как мир. Ничего изменить нельзя. Именно об этом я тебе и толкую, Севочка. Мне интересно посмотреть, отступите вы в развитии вашей трагедии от классических образцов или нет.
          - Ты просто надо мной смеешься, - обреченно вздыхаю я.
          Как же я устал.
          - Ну, если только совсем немного. Меня забавляют твои человеческие реакции. Извини. Но это ничего не меняет. Не надо так реагировать, мой мальчик. Ни добро, ни зло победить не могут. Они просто постоянно меняются во времени. Сегодня - добро, завтра – зло. Кроме того, что они меняются местами, они еще меняются сами по себе. Что сегодня называют добром, завтра станет злом, и наоборот. Это и есть суета человеческая. Любые катаклизмы побеждает только жажда жизни. Выжги землю – рано или поздно появятся ростки – это жизнь. И она побеждает, поддерживая иллюзию бесконечности. В любой войне нет хороших и плохих – есть победители и побежденные. Победители ведут себя как мерзавцы. Всегда. И в этом нет их вины. Это закон природы. Именно поэтому победителей не судят. Потому что они не виноваты. Так устроен мир. Судят только побежденных. Потому что они виноваты дважды. Во-первых, тем, что ввязались в драку, в которой проиграли, во-вторых тем, что провоцируют несчастных победителей на многочисленные гнусности. А побежденные пытаются выжить. Если им это удается, то рано или поздно они сами становятся победителями и не меньшими мерзавцами, соответственно. Судя по тому, что я наблюдаю в вашей войне, вы столкнетесь с этим очень скоро. И тогда ты поймешь, как я прав. Ничего не меняется. Никогда. Добра и зла нет. Есть только субъективная оценка происходящего. Что зло для одних, то добро для других.
          - Кес, ты сошел с ума. Это невозможно! Ты прослушал все, что я тебе рассказывал?
          - Севочка, я же просто объясняю тебе систему мироздания в собственном понимании. Во-первых, с чего ты взял, что так оно и есть? Во-вторых, почему ты решил, что я действительно так думаю? Это просто одна из теорий. В-третьих, все, что я тебе сказал, совершенно не отражает моих собственных предпочтений. Разумеется, они у меня есть. И если, не дай Бог, мне все-таки придется так или иначе участвовать в вашей глупой войне, разумеется, я последую своим симпатиям, а не теории мироздания. Я говорил с тобой как с ученым, а ты отвечаешь мне, как обуреваемый страстью к справедливости ребенок. Еще ногами начни топать. Я тебе объясняю, что с точки зрения вечности ваши дрязги смехотворны, хотя и соответствуют классическому канону, а ты пытаешься применить мои рассуждения к конкретным людям, которые тебе дороги. Разве так можно? Мешаешь человеческие чувства с научным подходом и пытаешься в этой каше искать истину. Удивляюсь я на тебя, честное слово. С такой головой и такой балбес. Не в обиду тебе будет сказано.
          Он опять все переставил. Все переставил. Разве так можно?
          - А вообще, ты, Севочка, не расстраивайся. Все образуется. Все головоломки рано или поздно складываются. Совсем скоро все кончится. Можешь мне поверить.
          Я верю. Только, к сожалению, я лучше кого-либо другого знаю, что под его «совсем скоро» может скрываться. Интересно, а он сам это понимает? В его представлениях «завтра» абсолютно идентично «в ближайшие сто-двести лет». Ему-то без разницы. А нам?
          - Ты не мог бы просветить меня, «балбеса», в отношении твоих предпочтений?
          - Абсолютно исключено. Ты свой выбор сделал, насколько я могу судить, хотя и в весьма оригинальной форме. Нет никакой необходимости это обсуждать. Тем более, что мы с тобой уже договорились – все это пустяки.
          Что-то я не заметил, когда мы успели договориться о том, что все, из чего состоит сейчас моя жизнь – это пустяки. Ему, конечно, виднее.
          Зря я рассказывал о наших проблемах. Он явно не желает вмешиваться. Во всяком случае, не сейчас.
          

~*~*~*~

          Клаусу Каесиду.
          Ашфорд.
          Ирландия.
          28.10.1981
          Кес, как ты можешь так равнодушно относиться к тому, что у нас происходит?! Посмотри, что он вытворяет, люди на улицу выйти боятся! Ты ведь тоже живешь в этой стране! Я не верю, что тебе все равно!
          Альбус.
          

~*~*~*~

          
          
          
          Альбусу Дамблдору.
          Хогвартс.
          30.10.1981
          Приветствую, Альба!
          Что, реальность замучила? Это бывает, мой мальчик, еще как бывает. Ты же не мог забыть выведенный нами лет сто назад основной принцип мироздания. Не стоит беспокоиться по пустякам. Эстетичнее, конечно, сказать это по латыни, но тогда получится мораль, а моралист у нас ты, так что я лучше не буду.
          Все пройдет, можешь мне поверить, а то ты от расстройства сделал целых две фактические ошибки в шести словах. Во-первых, я не живу, а существую. Как данность. Во-вторых, не в вашей стране, а в соседней. И не надо мне напоминать, что вы считаете ее своей, от этого ничего не меняется.
          Кстати, о лояльности. Если рассматривать вопрос с вашей конкретизированной человеческой точки зрения, то твои претензии, вызванные моим нынешним местом жительства совершенно не обоснованны. Я, конечно, не ирландец, как ты сам понимаешь, но стране этой признателен, а лояльность к англичанам здесь непопулярна. Может, я что-то и путаю, но совсем недавно точно была непопулярна. Буквально на днях, всего-то лет сто пятьдесят назад в Севочкином лесу крестьяне вырезали целый отряд англичан. Как они в лес вошли, так ни один и не вышел. Большой отряд на лошадях, с пушками, с офицерами... Я им еще с башни рукой помахал, попрощался, так сказать. Они мне тоже улыбались... Что-то я отвлекся.
          Ты вообще много суетишься, на мой взгляд. Успокойся, природу этого мира изменить нельзя.
          А тебе надо отдохнуть как следует, не стоит думать сразу обо всем человечестве - это опасно для хорошо структурированного мышления. У тебя начались с этим серьезные проблемы, с тех пор как ты решил воевать, вместо того, чтобы делом заниматься.
          Загляни как-нибудь, я всегда тебе рад. Буду ждать ближе к полуночи после войны. Тебя устроит?

          Твой очень старый Кес.
          



          Конец шестой истории.
          



          

---

октябрь 2004
©Valley, 2004
©Mythomania, 2003-2006