Как выяснилось, Кричер прятался на чердаке. Сириус рассказал, что нашел его там в клубах пыли, должно быть, тот выискивал реликвии семьи Блеков, чтобы утащить их в свой чулан. Сириуса эта версия вполне удовлетворила, но Гарри забеспокоился. По возвращении Кричер пребывал в гораздо лучшем расположении духа, стал меньше бурчать и послушнее, чем раньше, выполнял приказы, но пару раз Гарри обратил внимание, как тот жадно пожирает его глазами и всякий раз, едва поняв, что Гарри это заметил, Кричер тут же отводил взгляд.
          Гарри не стал говорить Сириусу ничего о своих смутных подозрениях, теперь, когда Рождество осталось позади, жизнерадостность Сириуса быстро сходила на нет. Приближалось время отъезда ребят в Хогвартс, и Сириус все больше и больше, по выражению миссис Уизли, «впадал в депрессию», в эти периоды он становился замкнутым и раздражительным, часто подолгу запираясь в комнате с Бакбиком. Его уныние распространялось по дому как ядовитый газ, проникало во все щели и рано или поздно им заразились все.
          Опять оставлять Сириуса один на один с Кричером Гарри не хотелось, в сущности, впервые в жизни он не стремился вернуться в Хогвартс. Возвращение в школу означает вновь оказаться во власти Амбридж, которая за время их отсутствия, наверняка умудрилась издать еще дюжину декретов, квиддича теперь, когда его отлучили от метлы, все равно ждать нечего, да и гора домашних заданий, скорее всего, вырастет, потому что дело идет к экзаменам, а Дамблдор не стал ближе ни на йоту. На самом деле, если бы не «ДА», подумал Гарри, он, может быть, даже попросился бы у Сириуса разрешить ему бросить Хогвартс и остаться на Гриммолд-Плейс.
          А в самый последний день каникул произошло то, от чего возвращение в школу теперь приводило Гарри просто таки в ужас.
          
          - Гарри, милый, - в спальню, где Гарри с Роном, под наблюдением Гермионы, Джинни и Крукшанса, играли в магические шахматы, заглянула миссис Уизли. – Ты не мог бы спуститься на кухню? С тобой хочет переговорить профессор Снейп.
          О чем она говорит, до Гарри сразу не дошло – его ладья вступила в жестокую битву с пешкой Рона, и он с азартом ее подзуживал.
          - Мочи ее, мочи, идиотка, это всего лишь пешка! Миссис Уизли, извините, что вы сказали?
          - Профессор Снейп, милый. В кухне. Хочет переговорить.
          Гарри остолбенел. Обвел глазами остальных, те ответили ему изумленными взглядами. Крукшанкс, которого Гермиона уже четверть часа с трудом удерживала на руках, ликующе налетел на доску и шахматные фигуры, отчаянно визжа, понеслись в укрытие.
          - Снейп? – растерянно повторил Гарри.
          - Профессор Снейп, милый, - поправила его миссис Уизли. - Ну, давай побыстрее, он сказал, что у него мало времени.
          - Чего ему надо от тебя? – ошеломленно выпалил Рон, как только миссис Уизли вышла. – Ты ведь ничего не натворил?
          - Нет, конечно! – с негодованием воскликнул Гарри, мучительно пытаясь сообразить, что такого он мог сделать, что вынудило бы Снейпа настигнуть его даже на Гриммолд-Плейс. – «Может быть, за последнее домашнее задание он схлопотал «Т»?»
          Пару минут спустя он уже распахнул дверь в кухню и обнаружил, что за длинным кухонным столом, уставившись в противоположные стороны, сидят Сириус и Снейп. Взаимная неприязнь вязко зависла в тишине. На столе перед Сириусом лежало распечатанное письмо.
          - А-а… – обозначил свое присутствие Гарри.
          Снейп, из-под завесы черных, сальных волос, взглянул в сторону Гарри.
          - Сядьте, Поттер.
          - Знаете ли, Снейп, - громко произнес Сириус, на задних ножках стула немного откинувшись назад и обращаясь к потолку, - пожалуй, я предпочел бы, чтобы вы здесь не распоряжались. Видите ли, это мой дом.
          К мертвенно-бледному лицу Снейпа угрожающе прихлынула кровь. Гарри опустился на стул рядом с Сириусом и оказался лицом к лицу со Снейпом.
          - Поттер, я рассчитывал пообщаться с вами наедине, - губы Снейпа исказила знакомая усмешка, - но Блек…
          - Я его крестный отец, - на повышенных тонах заявил Сириус.
          - А я здесь по поручению Дамблдора, - парировал Снейп, чей голос, напротив, становился все тише и язвительнее, - но вы, Блек, останьтесь, пожалуйста, я понимаю, как вам приятно… принять участие…
          - Это что за намек? – Сириус отпустил стул, и тот с грохотом встал на все четыре ножки.
          - Я ничуть не сомневаюсь, что вы должно быть… а… расстроены тем обстоятельством, что не в состоянии ничем помочь… - Снейп подчеркнул последнее слово, - …Ордену.
          Теперь вспыхнул Сириус. Снейп повернулся к Гарри, и губы его торжествующе дрогнули:
          - Поттер, Директор направил меня передать вам свое пожелание – в этом семестре изучать Окклюменцию.
          - Что изучать? – растерянно переспросил Гарри.
          Насмешка Снейпа стала явственнее:
          - Окклюменцию, Поттер. Магическую защиту разума от внешних вторжений. Это малоизученная, но в высшей степени полезная область магии.
          Сердце Гарри бешено заколотилось. Защита от внешних вторжений? Но ведь уже решили, что никто им не завладевал…
          - Зачем мне изучать Окклю… это самое? – выпалил он.
          - Затем, что Директор счел это целесообразным, - вкрадчиво ответил Снейп. – Раз в неделю вы будете брать частный урок, но о том, чем станете заниматься, никому рассказывать не будете, особенно Долорес Амбридж. Вам ясно?
          - Да, - кивнул Гарри, - а кто будет меня учить?
          Снейп поднял бровь.
          - Я.
          У Гарри перед глазами все поплыло.
          Дополнительные занятия со Снейпом… ну за что же ему такое?! Он поспешно обернулся к Сириусу, ища поддержки.
          - Почему Гарри не может учить Дамблдор? – требовательно спросил Сириус. – Почему именно вы?
          - Я полагаю потому, что директор школы обладает привилегией самые неприятные дела поручать кому-либо другому, - вкрадчиво пояснил Снейп. – Уверяю вас, я на эту работу не напрашивался, – он поднялся на ноги. – Поттер, жду вас в шесть вечера в понедельник. В моем кабинете. Если кто-нибудь спросит – вы посещаете занятия по Зельям для отстающих. Никто из тех, кто видел вас на моих занятиях, не станет отрицать, что вы в них нуждаетесь.
          Он развернулся уходить, черный дорожный плащ взметнулся за его спиной.
          - Секундочку, - Сириус выпрямился на стуле.
          Снейп с насмешливым выражением лица повернулся к нему.
          - Я в некотором роде тороплюсь, Блек. В отличие от вас, я не располагаю неограниченным свободным временем.
          - Тогда сразу к делу, - Сириус встал. Он был повыше Снейпа, и тот, как заметил Гарри, в кармане плаща сжал в кулаке ручку палочки – Гарри не сомневался, что именно ее. – Если я услышу, что ты пользуешься этими занятиями Окклюменцией, чтобы портить Гарри жизнь, тебе придется иметь дело со мной.
          - Как трогательно, - насмешливо улыбнулся Снейп. – Вы замечали, разумеется, как Поттер похож на своего отца?
          - Да, замечал, - заносчиво подтвердил Сириус.
          - Прекрасно, значит должны понимать, что он настолько самоуверен, что критикой его не прошибешь, - вкрадчиво закончил Снейп.
          Сириус резко отшвырнул стул и направился вокруг стола к Снейпу, на ходу вытаскивая палочку. Снейп выхватил свою. Они замерли друг перед другом, Сириус – побледнев от бешенства, Снейп – расчетливо и быстро переводя взгляд с кончика волшебной палочки Сириуса на его лицо.
          - Сириус! – не сдержался Гарри, но Сириус его словно и не слышал.
          - Предупреждаю тебя, Слизнякус,² – лицо Сириуса застыло в футе от Снейпова, - мне плевать, если Дамблдор и считает, что ты исправился, но мне-то лучше знать…
          - О, ну так почему бы тебе не рассказать ему, что ты знаешь? – зашипел Снейп. – Или боишься, что он не воспримет всерьез слова человека, который уже полгода жирует в материнском доме?
          - Расскажи мне, как поживает Люциус Малфой, а? Наверное, рад безумно, что его шавка работает в Хогвартсе?
          - Ну-с, побеседуем о собаках… - медленно прошелестел Снейп, - …тебе известно, что Люциус Малфой узнал тебя, когда ты в последний раз рискнул выйти прогуляться? Какая блестящая мысль, Блек, засветиться на вокзальном перроне, в таком безопасном месте… получил железную отмазку больше не вылезать из своей будки, так?
          Сириус поднял палочку.
          - НЕТ! – заорал Гарри и бросился прямо через стол, пытаясь им помешать. – Сириус, не надо!
          - Ты меня трусом назвал? – рявкнул Сириус и попробовал отодвинуть Гарри в сторону, но Гарри не стронулся с места.
          - Ты не ошибся... - прошипел Снейп.
          - Гарри… прочь… с дороги! – зарычал Сириус, отталкивая крестника свободной рукой.
          
          Дверь кухни распахнулась, и ввалились Уизли в полном составе плюс Гермиона, со счастливым видом толпясь вокруг гордо шествующего мистера Уизли в плаще поверх полосатой пижамы.
          - Я здоров! – громко провозгласил он на всю кухню. – Абсолютно здоров!
          И он, и все прочие Уизли замерли на пороге, и ошеломленно уставились на открывшуюся их глазам застывшую на полу-вздохе сцену: Сириус и Снейп с палочками наизготовку, повернувшиеся к дверям, а между ними, с расставленными руками, пробуя удержать соперников, застывший Гарри.
          - Борода Мерлина, - протянул мистер Уизли, и с лица его сползла улыбка, - что здесь происходит?
          И Сириус, и Снейп опустили палочки. Гарри переводил взгляд с одного на другого. У обоих был до предела оскорбленный вид, но, судя по всему, неожиданное появление такого большого количества свидетелей привело их в чувство. Снейп сунул палочку в карман, резко развернулся и, не говоря ни слова, быстро прошел мимо Уизли к двери. Перед выходом он оглянулся:
          - Поттер, в шесть вечера, в понедельник.
          И скрылся. Сириус, держа палочку на отлете, сверкнул глазами ему вслед.
          - Да что произошло? – вновь спросил мистер Уизли.
          - Ничего, Артур, - задыхаясь, словно после длительной пробежки, отрезал Сириус. – Совершенно невинная, дружеская беседа двух старинных школьных приятелей, – с неимоверным усилием он улыбнулся. – Ну… так ты поправился? Отличные новости, в самом деле отличные.
          - Еще бы! – хмыкнула миссис Уизли, подводя мужа к стулу. – В конце концов, целитель Сметуик занялся магией, нашел противоядие ко всей пакости, что была в зубах у этой змеи, а Артур получил хороший урок о том, как связываться с маггловской медициной, правда, дорогой? – с нажимом закончила она.
          - Да, Молли, правда, - кротко согласился мистер Уизли.
          
          Возвращение мистера Уизли предполагало радостный ужин. Гарри замечал, что Сириус пытается этому настроению соответствовать, но когда крестный не принуждал себя громко смеяться шуткам Фреда и Джорджа или не занимался угощением гостей, лицо его вновь обретало угрюмое, задумчивое выражение. От Гарри его отделяли Мундугус и Шизоглаз, заглянувшие принести поздравления мистеру Уизли. Гарри хотелось поговорить с Сириусом, посоветовать ему не обращать внимания на слова Снейпа, сказать, что Снейп намеренно пытался его уесть, а все прочие и думать не думают, что Сириус – трус только потому, что он выполняет распоряжение Дамблдора: не покидать Гриммолд-Плейс. Но возможности поговорить не представлялось и, не сводя глаз с раздраженного Сириуса, Гарри периодически спрашивал себя: решится ли он заговорить на эту тему, даже если подвернется удобный случай. Зато он вполголоса рассказал Рону и Гермионе о том, что должен будет заниматься со Снейпом Окклюменцией.
          - Дамблдор хочет, чтобы тебе перестал сниться Волдеморт, - тут же решила Гермиона. – Ну и замечательно, ты же не станешь жалеть о том, что тебе не будут сниться такие сны?
          - Дополнительные занятия со Снейпом? – ужаснулся Рон. – По мне лучше уж ночные кошмары!
          
          На завтра им предстояло возвращаться в Хогвартс на «Кавалебусе», опять под конвоем Тонкс и Люпина, которые, когда Гарри, Рон и Гермиона с утра спустились на кухню, уже завтракали там. Распахнув дверь, Гарри понял, что взрослые на полуслове прервали какие-то секретные переговоры – они быстро обернулись и сразу же замолчали.
          По случаю холодного, промозглого январского утра, после завтрака на скорую руку, все натянули куртки и намотали шарфы. У Гарри внутри все сжалось: прощаться с Сириусом ему не хотелось. Расставание вызывало у него нехорошие предчувствия – неизвестно, когда доведется встретиться вновь, а Гарри считал себя обязанным поговорить с Сириусом, не дать ему совершить ошибку – страшно, если обвинение в трусости от Снейпа может так сильно задеть Сириуса, что он решится на какую-нибудь опрометчивую вылазку с Гриммолд-Плейс. Но еще до того, как Гарри придумал, что же ему сказать, Сириус сам подозвал его.
          - Я хочу, чтобы ты взял это с собой, - тихо сказал он и сунул Гарри небрежно упакованный сверток, размером с книгу небольшого формата.
          - А что это? – удивился Гарри.
          - Это чтобы дать мне знать, если у тебя начнутся проблемы со Снейпом. Нет, сейчас не открывай! – Сириус осторожно оглянулся на миссис Уизли, которая пыталась уговорить близнецов надеть вязаные рукавицы. – Вряд ли Молли это понравится… но я хочу, чтобы ты воспользовался этим, если я тебе понадоблюсь, договорились?
          - Ладно, - Гарри убрал сверток во внутренний карман куртки в полной уверенности, что никогда им не воспользуется, что бы там ни было.
          Уж кто-кто, но он, Гарри, не станет выманивать Сириуса из укрытия, как бы подло не обращался с ним Снейп на предстоящих занятиях по Окклюменции.
          - Ну, идем, - Сириус хлопнул Гарри по плечу, хмуро улыбнулся и, прежде чем Гарри успел что-либо добавить, они уже поднялись наверх и в гуще Уизли остановились перед запертой на все замки и цепочки входной дверью.
          - Гарри, до свидания, береги себя, - обняла его миссис Уизли.
          - До встречи, Гарри, последи вместо меня за змеями! – без всяких задних мыслей пожелал ему мистер Уизли и потряс руку.
          - Ага, ладно, - растерянно согласился Гарри.
          У него оставалась последняя возможность посоветовать Сириусу быть осторожнее: он повернулся, посмотрел крестному в лицо, уже открыл рот, чтобы сказать, но прежде, чем успел произнести хоть слово, Сириус уже коротко обнял его одной рукой и хрипло произнес:
          - О себе позаботься, Гарри.
          В следующее мгновение Гарри уже почувствовал, что его вынесло в морозный зимний воздух, и Тонкс (сегодня неузнаваемо превратившись в высокую, простоватую женщину с русыми волосами) сводит его по лестнице вниз.
          Дверь дома номер двенадцать за их спинами захлопнулась. Все, следом за Люпином, стали спускаться. Ступив на тротуар, Гарри оглянулся. Дом номер двенадцать быстро уменьшался, соседние дома смыкались, скрывая его из виду. Мгновение спустя дом исчез.
          - Вперед, чем быстрее мы попадем в автобус, тем лучше, - раздался голос Тонкс, и Гарри отметил, каким нервозным взглядом она окинула площадь.
          Люпин резко вскинул правую руку.
          
          БАМС.
          Из ниоткуда перед ними возник ярко-фиолетовый трехэтажный автобус, чудом увернувшись от отпрянувшего с дороги ближайшего фонарного столба.
          На тротуар спрыгнул худой прыщавый юноша в фиолетовой униформе и объявил:
          - Добро пожаловать в…
          - Да, да, знаем, спасибо, - поспешно оборвала его Тонкс, - залезайте, ну же…
          Она подтолкнула Гарри вперед мимо кондуктора, который, когда Гарри проходил мимо, выпучил глаза:
          - Э-э… да это ‘Арри!..
          - Если брякнешь его имя, я на тебя проклятие забвения наложу, - угрожающе прошипела ему Тонкс, следом проталкивая внутрь Джинни и Гермиону.
          - Я всегда мечтал проехаться на этой штуке, - восторженно объявил Рон, присоединившись к Гарри в салоне и оглядываясь по сторонам.
          В прошлый раз Гарри ехал «Кавалебусом» ночью, и все его три этажа были уставлены латунными кроватями. Нынешним утром повсюду, сбиваясь к окнам, хаотично громоздились разномастные стулья. Судя по всему, когда автобус резко затормозил на Гриммолд-Плейс, часть стульев упала, несколько ведьм и волшебников, ругаясь, поднимались на ноги, из чьей-то оброненной сумки по всему полу рассыпалась несимпатичная мешанина лягушачьей икры, тараканов и заварного крема.
          - Похоже, придется разделиться, - бодро заметила Тонкс, оглянувшись в поисках свободных мест. – Фред, Джордж и Джинни, вы бы сели сзади… С вами Ремус побудет.
          Она вместе с Гарри, Роном и Гермионой поднялась на самый верхний этаж, где в самом начале автобуса, и в конце оставалось по паре незанятых стульев. За Гарри и Роном с горящими глазами следовал кондуктор Стэн Шанпайк. Пока Гарри проходил мимо сидящих, головы их выворачивались ему вслед, как только он сел, головы тут же вернулись в исходное положение.
          Когда Гарри и Рон заплатили Стэну по одиннадцать сиклей, автобус, угрожающе раскачиваясь, тронулся в путь. Он прогремел по Гриммолд-Плейс, виляя туда-сюда по мостовой, затем, с очередным оглушительным БАМСом, всех отбросило назад: стул Рона повалился в сторону, Пигвиджон, располагавшийся на Роновых коленях, вырвался из клетки и, ополоумевше щебеча, запорхал по автобусу вперед, где, наконец, приземлился на плечо Гермионы. Гарри, ухватившись за стойку канделябра и чудом избежав падения, приник к окну: в этот раз они притормаживали где-то на автостраде.
          - Бирмингем проезжаем, - радостно пояснил Стэн в ответ на невысказанный Гарри вопрос, в то время как Рон все еще пытался подняться. – Ты как поживаешь-то, а, ‘Арри? Про тебя в газетах за лето много чего было, но как-то оно все не фонтан. Я Эрни сказал, сказал я ему, что, значит, «на психа-то он не похож был, когда мы его видели, кто б мог подумать?»
          Он отдал мальчикам билеты, но продолжал с восторгом глазеть на Гарри. По всей вероятности Стэна ничуть не заботило – псих человек или нет, если он настолько популярен, что о нем пишут в газетах. «Кавалебус», опасно раскачиваясь, обогнал по обочине череду машин. Глянув вперед по салону автобуса, Гарри заметил, что Гермиона закрыла руками лицо, а Пигвиджон радостно болтается у нее на плече.
          
          БАМС.
          Стулья опять поехали назад, «Кавалебус» скакнул с бирмингемской автострады на спокойную проселочную дорогу, сплошь состоящую из крутых поворотов. Когда они вылетали на обочины, живые изгороди шарахались во все стороны. Потом они оказались на главной улице в центре оживленного городка, затем на эстакаде, проложенной меж высоких холмов, после – на продуваемом всеми ветрами шоссе среди многоэтажек спального района, и всякий раз со звучным БАМС.
          - Я передумал, - пробурчал Рон, в шестой раз поднимаясь с пола, - никогда в жизни не хочу больше ездить на этой штуковине.
          - Слышьте, следующая остановка – ‘Огвартс, - громко объявил Стэн и, пошатываясь, подошел ближе. – Там одна дамочка впереди, которая с вами села, нам чуток сверху дала, чтобы ваша очередь побыстрее наступила. Мы только мадам Марш сначала высадим… - снизу раздался характерный при блевании звук, а следом и отталкивающий плеск на пол, - …да, неважненько она себя чувствует…
          Через несколько минут «Кавалебус» с визгом затормозил у маленького паба, съежившегося, чтобы уйти от столкновения. Было слышно, как Стэн выводит из автобуса несчастную мадам Марш, и как облегченно перешептываются ее соседи по второму этажу. Автобус тронулся, набрал скорость, и опять…
          
          БАМС.
          Они уже колесили по заснеженному Хогсмеду. На боковой улочке Гарри мельком увидел «Кабанью Голову», на зимнем ветру поскрипывала вывеска с отрубленной головой хряка. В переднее окно автобуса валились хлопья снега. Наконец они подъехали к остановке за хогвартскими воротами.
          Люпин и Тонкс помогли ребятам вытащить из автобуса багаж, потом вышли попрощаться. Гарри окинул взглядом три этажа «Кавалебуса» и увидел, что все пассажиры с любопытством прилипли к окнам.
          - Как только попадете на территорию Хогвартса, будете в безопасности, - Тонкс настороженно оглядела пустынную дорогу. – Ну, учитесь хорошо, ладно?
          - Поберегите себя, - Люпин по очереди пожал все руки и дошел до Гарри. – Послушай-ка… - пока все остальные напоследок прощались с Тонкс, он шепотом обратился к Гарри, - …я знаю, что Снейп тебе не нравится, но он превосходный окклюменц, и мы все… в том числе и Сириус… хотим, чтобы ты научился защищаться, так что занимайся побольше, договорились?
          - Ладно, договорились, - выдавил Гарри, глянув в преждевременно состарившееся лицо Люпина. – Ну, до свидания.
          Потащив за собой сундуки, шестеро ребят побрели по скользкой дороге к замку. Гермиона уже принялась строить планы до сна связать несколько шапок для эльфов. Когда они дошли до дубовых дверей парадного входа, Гарри оглянулся: «Кавалебус» уже исчез, и, при мысли о том, что ждет его завтрашним вечером, Гарри даже пожалел отчасти, что не остался на его борту.
          
          
          * * *
          
          
          Большую часть следующего дня Гарри провел в страхе перед грядущим вечером. Спаренные Зелья с утра никоим образом опасения Гарри не развеяли, потому что Снейп был традиционно неприветлив. А еще больше настроение Гарри упало из-за беспрерывных разговоров с участниками «ДА», которые в перерывах с надеждой интересовались у него, состоится ли вечернее собрание.
          - О том, когда будет очередное собрание, я сообщу вам так, как обычно, - без конца повторял Гарри, - но сегодня вечером не получится, мне нужно на … э-э… на занятия по Зельям для отстающих.
          - У тебя занятия по Зельям для отстающих? – высокомерно поинтересовался Захария Смит, после обеда приперев Гарри к стенке в Холле. – О, господи, ты, наверное, совсем конченый. Обычно ведь Снейп дополнительных занятий не ведет?
          Гаденько оживившись, Смит зашагал прочь, Рон злобно посмотрел ему вслед:
          - Можно мне на него порчу наложить, а? Отсюда я еще достану, - он поднял палочку и прицелился Смиту между лопаток.
          - Перестань, - угрюмо остановил его Гарри. – По-моему, к такому выводу приходят все? Что я и в самом деле дур…
          - Гарри, привет! – раздался голос за его спиной.
          Гарри обернулся и обнаружил, что сзади стоит Чо.
          - О… - растерялся Гарри, сердце у него екнуло. - …Привет.
          - Гарри, мы будем в библиотеке, - Гермиона крепко ухватила Рона повыше локтя и потащила к мраморной лестнице.
          - Хорошо Рождество провел? – поинтересовалась Чо.
          - Ага, неплохо, - кивнул Гарри.
          - А у меня все так скромно было, - протянула Чо. Почему-то она нервничала. – А-а… в следующем месяце опять будет поход в Хогсмед, ты объявление видел?
          - Что? Ой, нет, я как приехал, на доску объявлений не заглядывал.
          - Он будет на день святого Валентина…
          - Ясно, - растерялся Гарри, недоумевая, к чему она клонит. – Ты, наверное, хочешь?..
          - Только если ты сам этого хочешь, - горячо прервала его Чо.
          Гарри оторопел. Он собирался сказать: «наверное, хочешь узнать, когда следующее собрание «ДА»?», но реплика Чо, судя по всему, никакого отношения к этому не имела.
          - Я… э-э… - замялся он.
          - О, если не хочешь, ничего страшного, - с убитым видом пролепетала Чо. – Все нормально. Ну… до встречи.
          И она ушла. Гарри неподвижно смотрел ей вслед и изо всех сил пытался сообразить. Как вдруг все со щелчком встало по местам.
          - Чо! Эй… ЧО!
          Он побежал за ней и перехватил на середине мраморной лестницы.
          - А-а… ты хочешь пойти со мной в Хогсмед на день святого Валентина?
          - Ох, да! – Чо густо покраснела и просияла.
          - Ладно… ну… договорились, значит, - нашелся Гарри и, с чувством, что все-таки день прожит не совсем зря, стремглав полетел в библиотеку, чтобы перед послеобеденными занятиями прихватить Рона и Гермиону.
          
          Но к шести часам вечера даже восторг от такого удачного приглашения Чо на свидание не мог развеять мрачные предчувствия, которые усугублялись с каждым шагом по направлению к кабинету Снейпа.
          Подойдя к двери, Гарри замешкался, мечтая оказаться где угодно, но только не здесь, потом собрался с духом, постучал и вошел.
          В темном помещении рядами висели полки с сотнями стеклянных емкостей, где в разноцветных жидкостях застыли отталкивающие фрагменты животных и растений. В одном из углов располагался шкаф с компонентами зелий, в краже из которого Снейп некогда – и не без причины – обвинял Гарри. Но все внимание Гарри сейчас было приковано к столу, где в круге света, отбрасываемого свечой, стояла неглубокая каменная чаша с резьбой в виде символов и рун. Чашу Гарри сразу узнал – это был думосброс Дамблдора. Он так удивился, к чему здесь эта чаша, что даже шарахнулся, когда из темноты раздался бесстрастный голос Снейпа.
          - Закройте за собой дверь, Поттер.
          Гарри сделал, что было велено, с ужасным чувством, словно сам себя запирает в тюрьму. Когда он вернулся обратно к столу, Снейп вышел на свет и молча указал на кресло напротив. Гарри сел, Снейп тоже сел, на лице его читалась нескрываемая неприязнь, черные глаза холодно, не мигая, смотрели на Гарри.
          - Итак, Поттер, вы знаете, почему вы здесь, – начал Снейп. – Директор поручил мне преподать вам уроки Окклюменции. Могу лишь рассчитывать на то, что к этому предмету вы окажетесь более способны, нежели к Зельям.
          - Ладно, - лаконично согласился Гарри.
          - Поттер, пусть это и не обычное занятие, - глаза Снейпа нехорошо сузились, - но я, тем не менее, ваш преподаватель, и в этой связи вы по-прежнему будете называть меня «профессор» или «сэр».
          - Хорошо… сэр, - выдавил Гарри.
          Снейп еще пару секунд не сводил с Гарри сузившихся глаз, а потом продолжил:
          - Итак, Окклюменция. Как я уже сказал вам на кухне вашего очаровательного крестного, эта сфера магии запечатывает разум от магического вторжения и воздействия.
          - А почему профессор Дамблдор считает, что мне это необходимо, сэр? – Гарри посмотрел Снейпу прямо в глаза и мельком подумал, даст ли тот ответ.
          Снейп смерил его взглядом и презрительно заметил:
          - К настоящему времени даже вы, Поттер, могли бы уже сделать должные выводы. Темный Лорд чрезвычайно искусен в Легилименции…³
          - В чем? В чем, сэр?
          - В способности извлекать из разума другого человека эмоции и воспоминания.
          - Он может читать мысли? – поспешно уточнил Гарри, утверждаясь в своих наихудших опасениях.
          - Вы не чувствуете тонкостей, Поттер, - темные глаза Снейпа сверкнули. – Не улавливаете мелких различий. Это один из тех дефектов, которые делают вас настолько скверным зельеделом.
          Снейп на мгновение сделал паузу, по всей вероятности наслаждаясь удовольствием от унижения Гарри, затем продолжил:
          - О «чтении мыслей» говорят только магглы. Разум – не книга, его нельзя при желании открыть и на досуге изучать. Мысли не отпечатаны на внутренней поверхности черепной коробки и, вторгаясь в разум, их прочесть нельзя. Разум – это сложное и многомерное образование, Поттер… во всяком случае таков он у большинства, - Снейп усмехнулся. – Но необходимо признать: тот, кому удалось овладеть искусством Легилименции, способен, при определенных условиях, тщательно исследовать разум своей жертвы и безошибочно интерпретировать полученные результаты. Так Темный Лорд практически всегда знает, когда ему лгут. И только тем, кто овладел Окклюменцией, удается скрыть свои эмоции и воспоминания, которые противоречат их собственной лжи, и, таким образом, в присутствии Темного Лорда они могут лгать, не опасаясь разоблачения.
          Несмотря на объяснения Снейпа, Легилименция для Гарри все равно ассоциировалась с «чтением мыслей», а это ему пришлось совсем не по душе.
          - Значит, он может знать все, о чем мы прямо сейчас думаем? Да, сэр?
          - Темный Лорд весьма далеко, а стены и территория Хогвартса под охраной многочисленных древних чар и заклинаний для того, чтобы обеспечить своим обитателям физическое и душевное здоровье, - отчеканил Снейп. – Поттер, для магии имеют значение время и пространство. В Легилименции, как правило, необходим зрительный контакт.
          - Хорошо, ну а тогда зачем мне изучать Окклюменцию?
          Снейп задумчиво взглянул на Гарри и длинным, тонким пальцем провел по губам.
          - Поттер, по всей видимости, общепринятые правила на вас не распространяются. То проклятие, которое не смогло вас убить, установило между вами и Темным Лордом некую связь. Есть основания предполагать, что когда ваш разум полностью расслаблен и уязвим – положим, когда вы спите, - вы разделяете мысли и эмоции с Темным Лордом. Директор счел, что впредь это будет неразумно. И обратился ко мне с просьбой научить вас закрывать разум от Темного Лорда.
          Сердце Гарри вновь бешено заколотилось. Все как-то не складывалось.
          - Но зачем профессору Дамблдору все это прекращать? – выпалил он. – Мне-то, конечно, не слишком приятно, но ведь это полезно, разве нет? Ну, то есть… увидел же я, что на мистера Уизли напала змея, а если бы не увидел, то профессор Дамблдор его бы не спас! Сэр?!
          Снейп несколько секунд пристально разглядывал Гарри, по-прежнему водя пальцем по губам. Когда он заговорил вновь, речь его звучала так медленно и размеренно, словно он взвешивал каждое слово.
          - Вероятно, до недавнего времени Темный Лорд не подозревал о связи между собой и вами. То, что до сих пор вы испытывали его эмоции и разделяли его мысли, с его стороны было неосознанно. Но видение, которое случилось у вас незадолго до Рождества…
          - Про змею и мистера Уизли?
          - Не перебивайте меня, Поттер, - угрожающе процедил Снейп. – Как я уже сказал, то видение, которое случилось у вас незадолго до Рождества, означало такое мощное вторжение в мысли Темного Лорда…
          - Я же видел все изнутри змеи, а не из него!
          - Разве я только что не сказал вам меня не перебивать, Поттер?
          Но Гарри уже не думал о том, что Снейп рассержен: кажется, он наконец-то добрался до сути всего происходящего, - он все ближе и ближе подвигался к краю кресла и неосознанно оказался на самом краешке, в таком напряжении, словно готов был взлететь.
          - Как же я мог видеть глазами змеи, если я разделял мысли с Волдемортом?
          - Не произносите имя Темного Лорда! - зашипел Снейп.
          Повисло тяжелое молчание. Оба впивались глазами друг в друга поверх думосброса.
          - Профессор Дамблдор произносит его имя, - тихо возразил Гарри.
          - Дамблдор в высшей степени могущественный маг, - глухо произнес Снейп. – Если он не считает рискованным для себя произносить это имя… то всем остальным… - он неосознанно коснулся руки, повыше левого запястья, в том месте, где, как Гарри знал, в его коже была выжжена Темная Метка.
          - Я просто хочу понять… - снова начал Гарри, из вежливости сдерживаясь, - почему…
          - Вам почудилось, будто вы вселились в змеиный разум потому, что в тот самый момент там был Темный Лорд, - с досадой бросил Снейп. – Это он тогда завладел змеей, поэтому и вам тоже приснилось, что вы - в ее теле.
          - А Вол… он… он понял, что я там был?
          - Видимо, да, - холодно кивнул Снейп.
          - Откуда вы знаете? – поспешно уточнил Гарри. – Профессор Дамблдор так предполагает, или?..
          - Я велел вам, - Снейп выпрямился в кресле и сузил глаза, - обращаться ко мне «сэр».
          - Да, сэр, - в нетерпении согласился Гарри, - но откуда вы знаете?..
          - Достаточно того, что мы знаем, - властно отрезал Снейп. – Самое главное – теперь Темный Лорд понял, что у вас есть доступ к его мыслям и чувствам. И сделал вывод, что процесс может иметь и обратную сторону, иными словами, осознал, что теоретически он в состоянии в ответ получать доступ и к вашим мыслям и чувствам…
          - И может попробовать меня подчинить? – оторопел Гарри и поспешно добавил: - Так, сэр?
          - Может, - холодным и равнодушным тоном подтвердил Снейп. – Что возвращает нас к Окклюменции.
          
          Из внутреннего кармана мантии Снейп извлек палочку и Гарри напрягся, но Снейп лишь поднял палочку к виску и коснулся корней своих грязных волос. Когда он стал отводить палочку, от виска к ее кончику потянулась какая-то серебристая субстанция, напоминавшая плотную нить паутины, которая, когда палочка отошла дальше, порвалась, плавно слетела в думосброс и закружилась в серебристо-белом водовороте не то газа, не то жидкости. Снейп еще дважды подносил палочку к виску и опускал серебристую субстанцию в каменную чашу, а затем, не объясняя ничего, аккуратно поднял думосброс, поставил его подальше на полку и повернулся к Гарри, держа палочку наизготовку.
          - Вставайте, Поттер, и вынимайте палочку.
          Гарри, обмирая от волнения, поднялся на ноги.
          Они стояли лицом к лицу, их разделял только письменный стол.
          - Можете воспользоваться палочкой, чтобы попробовать меня разоружить или защищаться любым другим способом, который придет вам в голову.
          - А что вы собираетесь делать? – Гарри испуганно не сводил глаз с палочки Снейпа.
          - Я собираюсь попробовать взломать ваш разум, - вкрадчиво пояснил Снейп. – Посмотрим, как вы умеете сопротивляться. Мне говорили, что вы уже демонстрировали способность противостоять проклятию Imperius. Вы поймете, что и сейчас от вас потребуются похожие усилия… а теперь соберитесь. Legilimens!
           Снейп нанес удар прежде, чем Гарри успел подготовиться, даже прежде, чем Гарри успел собрать силы к сопротивлению. Кабинет поплыл перед глазами и исчез, в сознании замелькал образ за образом, словно рапидные съемки, ослепительные настолько, что больше ничего вокруг он уже не видел.
          
          Ему пять лет, он смотрит, как Дадли едет на новеньком красном велосипеде, и сердце сжимается от зависти… ему девять, бульдог Риппер загнал его на дерево, внизу, на лужайке, смеются Дарсли… он сидит под Распределяющей шляпой, она сообщает, что лучше ему попасть в Слизерин… в больничном крыле лежит Гермиона, лицо ее покрыто густой черной шерстью… у темного озера на него наступает сотня дементоров… под омелой к нему подходит Чо Чанг…
          Когда появилось воспоминание о Чо, внутренний голос взбунтовался: «Нет, за этим подглядывать нельзя, нельзя, это – личное…»
          Гарри почувствовал резкую боль в колене. Изображение кабинета Снейпа появилось вновь, и он осознал, что рухнул на пол, а коленом больно ударился о ножку Снейпова стола. Гарри поднял глаза на Снейпа – тот опустил палочку и тер запястье. На запястье горел рубец, словно след от ожога.
          - Вы осознанно воспользовались Жгучим сглазом?⁴ – хладнокровно поинтересовался он.
          - Нет, - горько возразил Гарри, вставая на ноги.
          - Я так и думал, - Снейп в упор взглянул на него. – Вы впустили меня слишком далеко. Потеряли над собой контроль.
          - Вы видели все, что видел я? – нерешительно спросил Гарри, опасаясь услышать ответ.
          - Мельком, – Снейп изогнул губы. – Чья была собака?
          - Моей тети Мардж, - отчаянно ненавидя Снейпа, пробормотал Гарри.
          - Ладно, на первый раз не так плохо, как можно было предполагать, - Снейп вновь поднял палочку. – В конце концов, вы все-таки смогли меня остановить, хотя и потратили впустую силы и время на крик. Не теряйте сосредоточенности. Сопротивляйтесь усилием воли, и прибегать к палочке вам не придется.
          - Я пытаюсь, - вспылил Гарри, - но вы не объясняете, как это делать!
          - Забываетесь, Поттер, - угрожающе осадил его Снейп. – А теперь я хочу, чтобы вы закрыли глаза.
          Перед тем, как подчиниться, Гарри бросил на Снейпа возмущенный взгляд. Ему совсем не нравилась перспектива, закрыв глаза, стоять лицом к лицу со Снейпом, у которого при себе есть палочка.
          - Очистите разум, Поттер, - раздался холодный голос Снейпа. – Избавьтесь от всех эмоций…
          Но ненависть к Снейпу снедала Гарри изнутри словно змеиный яд. Избавиться от этой ненависти? Лишиться такой опоры? Это - вряд ли...
          - Не то, Поттер, так не пойдет… по такому случаю придется вам себя укротить... Итак, сосредоточьтесь…
          Гарри попробовал освободить разум, попробовал не думать, не вспоминать, не чувствовать…
          - Попробуем еще раз… на счет три… один… два… три… Legilimens!
          
          Перед ним возвышается огромный черный дракон… из зачарованного зеркала машут руками отец и мать… на земле лежит Седрик Диггори и смотрит на него пустыми глазами…
          - НЕЕЕЕЕЕТ!
          Гарри опять оказался на коленях, закрыв руками лицо – в черепе болело так, словно кто-то пытался вытащить оттуда мозг.
          - Встать! – резко скомандовал Снейп. – Встать! Ты не стараешься, не прикладываешь усилий! Пускаешь меня к тем воспоминаниям, которых боишься, и даешь мне оружие против себя!
          Гарри опять поднялся, сердце колотилось так бешено, словно он на самом деле опять увидел мертвого Седрика на кладбище. Снейп побледнел больше обычного и больше, чем всегда был зол, но со злостью Гарри это не шло ни в какое сравнение.
          - Я… прикладываю… усилия... – стиснув зубы, прошептал Гарри.
          - Я сказал – прочь эмоции!
          - Да? Сейчас это проще сказать, чем сделать, - огрызнулся Гарри.
          - В таком случае ты станешь легкой добычей для Темного Лорда! – безжалостно отрезал Снейп. - Чувства напоказ выставляют только идиоты, которые не могут контролировать свои эмоции, барахтаются в прошлых терзаниях и в два счета позволяют себя спровоцировать... одним словом, жалкие людишки... у таких нет никаких шансов выстоять против его власти! Проникнуть в твой разум, Поттер, ему будет проще простого!
          - Я не жалкий... – вполголоса возразил Гарри: бешенство заполнило его до краев, ему казалось, вот-вот, и он бросится на Снейпа.
          - Так докажи это! Владей собой! – процедил Снейп. – Обуздай свою злость, укроти свой разум! Еще раз! Давай, приготовься! Legilimens!
          
          Он видит, как дядя Вернон заколачивает щель почтового ящика… по глади озера к нему на берег стекается сотня дементоров… он бежит с мистером Уизли по коридору без окон… они подбегают к простой черной двери в конце коридора… Гарри собирается открыть ее и зайти… но мистер Уизли уводит его налево, вниз по каменным ступеням…
          - Я ПОНЯЛ! ПОНЯЛ!
          Гарри опять оказался в кабинете Снейпа на четвереньках, шрам неприятно пульсировал, но изо рта у него вырывался торжествующий клич. Гарри с трудом поднялся и обнаружил, что Снейп стоит и внимательно смотрит на него с поднятой палочкой. Словно на этот раз он остановил заклинание прежде, чем Гарри даже попробовал сопротивляться.
          - Поттер, что произошло? – глядя на Гарри в упор, спросил он.
          - Я увидел… я вспомнил… - выдохнул Гарри, - …я только что догадался…
          - Догадался о чем? – резко уточнил Снейп.
          Гарри объяснил не сразу: он тер лоб и все еще упивался моментом просветления…
          Много месяцев ему снился этот коридор без окон, ведущий к запертой двери, и он никак не мог понять, что же это за место. И, наконец, воскресив воспоминания, осознал, что все это время ему снился коридор, по которому они с мистером Уизли бежали двенадцатого августа, когда торопились в министерские залы суда – этот коридор вел в Департамент Тайн и именно там был мистер Уизли той ночью, когда на него напала змея Волдеморта.
          Гарри поднял глаза на Снейпа.
          - Что там, в Департаменте Тайн?
          - Что вы сказали? – еле слышно переспросил Снейп, и Гарри со скрытым удовлетворением понял, что Снейп растерялся.
          - Я спросил, что там, в Департаменте Тайн, сэр? - повторил Гарри.
          - В связи с чем такой вопрос? - медленно уточнил Снейп.
          - Потому что, - Гарри не сводил глаз с лица Снейпа, - этот коридор, который я сейчас видел… он так долго мне снился… а я только что понял, он ведет в Департамент Тайн… по-моему Волдеморту там что-то нужно…
          - Я велел вам не упоминать имя Темного Лорда!
          Они пожирали друг друга глазами. Шрам у Гарри опять заболел, но он не обращал на это никакого внимания. Снейп явно вышел из себя, а когда вновь заговорил, голос его звучал так, словно он прилагает все силы, чтобы казаться невозмутимым и безразличным.
          - Поттер, мало ли что может быть в Департаменте Тайн, даже если вы о чем-то догадываетесь, то к вам это не имеет ни малейшего отношения. Надеюсь, я ясно выразился?
          - Да, - Гарри потер саднящий шрам, тот болел все сильнее и сильнее.
          - В среду, в это же время я жду вас здесь. Продолжим заниматься.
          - Хорошо, - кивнул Гарри.
          Ему отчаянно хотелось уйти из кабинета Снейпа и найти Рона и Гермиону.
          - Каждый вечер перед сном вам следует освобождать разум от всех эмоций; там должно быть чисто, пусто и спокойно, вам ясно?
          - Да, - слушая вполуха, кивнул Гарри.
          - И, Поттер, имейте в виду… если вы не будете тренироваться, я об этом узнаю.
          - Ладно, - пробормотал Гарри.
          Он подобрал свою сумку, забросил ее на плечо и рванул к двери кабинета. Открыв дверь, он оглянулся на Снейпа: Снейп стоял к Гарри спиной, кончиком палочки собирал в думосбросе собственные мысли и осторожно возвращал их обратно в голову. Не говоря ни слова, Гарри тщательно прикрыл за собой дверь; шрам у него по-прежнему болезненно пульсировал.
          
          Рона и Гермиону Гарри нашел в библиотеке – там они корпели над свеженькой кучей домашнего задания от Амбридж. Поодаль, уткнувшись в книги и судорожно скрипя перьями, в свете ламп над столами сидели остальные ученики, в основном пятикурсники, а небо за высокими, узкими стрельчатыми окнами все темнело и темнело. Тишину нарушал только скрип одной из туфель мадам Пинс – библиотекарша с азартом рыскала по проходам и вставала над душой у тех, кто дотрагивался до ее драгоценных книг.
          Гарри трясло, шрам болел, не переставая, состояние было просто лихорадочное.
          Сев напротив Рона и Гермионы, Гарри отметил в окне напротив свое отражение: мертвенно-бледное лицо и на нем ярче обычного – шрам.
          - Ну как? – прошептала Гермиона, а потом спохватилась: - Гарри, с тобой все порядке?
          - Ага… нормально… да не знаю, - нетерпеливо отмахнулся Гарри, и опять вздрогнул от вспышки боли в шраме. – Слушайте… я кое о чем догадался…
          И он поделился с друзьями всем увиденным и понятым только что.
          - Значит… значит ты говоришь… - зашептал Рон, после того, как мадам Пинс тихо проскрипела мимо, - …это оружие… штука, за которой Сам-Знаешь-Кто охотится… она в Министерстве Магии?
          - В Департаменте Тайн, должна быть там, - прошептал Гарри в ответ. – Я видел ту дверь, когда твой папа провожал меня до зала суда на слушание дела и именно ее он охранял, когда его покусала змея.
          Гермиона с облегчением вздохнула:
          - Конечно.
          - Что – конечно? – с нетерпением уточнил Рон.
          - Рон, сам подумай… Старгис Подмор пытался проникнуть за какую-то дверь в Министерстве Магии… для простого совпадения это чересчур!
          - Зачем Старгису понадобилось взламывать эту дверь, он ведь на нашей стороне? – нахмурился Рон.
          - Ну, этого я не знаю, - призналась Гермиона. – Странно как-то…
          - Так что там, в Департаменте Тайн? – спросил Гарри у Рона. – Твой папа когда-нибудь упоминал об этом?
          - Я знаю, что людей, которые там работают, называют «Неописуемые»,⁵ - поморщился Рон. – Потому что никто понятия не имеет, чем они там занимаются… место для хранения оружия очень уж странное.
          - И вовсе не странное, а очень подходящее, - возразила Гермиона. – Наверное, это какая-то сверхсекретная разработка Министерства… Гарри с тобой правда все нормально?
          Гарри в этот момент обеими руками так сильно тер лоб, словно пытался его отутюжить.
          - Да… нормально… - он опустил дрожащие руки, - …просто дошло до меня… не очень мне нравится эта Окклюменция.
          - По-моему кого угодно затрясет, если на его разум начнут устраивать набег за набегом, - сочувственно пробормотала Гермиона. – Знаете что, давайте пойдем в гостиную, там нам будет поспокойнее.
          
          Но гостиная, набитая до отказа, ходила ходуном и сотрясалась от смеха: Фред и Джордж демонстрировали последние новинки магазина приколов.
          - Головоуборы!⁶ – провозглашал Джордж, а Фред тем временем размахивал перед учениками остроконечной шляпой, украшенной пушистым розовым пером. – По два галлеона за штуку, следите за Фредом, итак!
          Фред, сияя, надел шляпу на голову. В первую секунду он просто приобрел довольно глупый вид, но затем и шляпа, и голова – исчезли.
          Нервные вскрики некоторых девочек потонули в общем хохоте.
          - И оп-ля! – объявил Джордж, рука Фреда пошарила в кажущейся пустоте над плечами, а потом он взмахнул в воздухе шляпой с розовым плюмажем и голова появилась вновь.
          - Как эти шляпы действуют? – Гермиона забыла про домашние задания и внимательно следила за Фредом и Джорджем. – Я так думаю, наверное, там какое-то Заклинание невидимости, но придумано неплохо – раздвинуть границы невидимости за пределы заколдованного объекта… хотя, мне кажется, заклинание будет недолговечное…
          Гарри ничего не ответил, ему стало совсем худо.
          - Придется мне сделать все это завтра, - пробормотал он и засунул обратно в сумку книги, которые только что достал.
          - Прекрасно, сделай себе пометку в дневнике добрых дел! – поддержала его Гермиона. – Ничего не забудешь!
          Гарри переглянулся с Роном, полез в сумку, вынул дневник и наугад открыл его.
          - «Не оставляй на потом, а то останешься с хвостом!» - упрекнула его книга, пока Гарри царапал там напоминание о домашнем задании для Амбридж.
          Гермиона просияла.
          - Пойду-ка я спать, - Гарри сунул дневник обратно в сумку и мысленно поставил себе на заметку при первой возможности бросить его в камин.
          Он пересек гостиную, увернулся от Джорджа, который пытался напялить на него Головоубор и добрался до спокойной, прохладной лестницы, ведущей в спальни мальчиков. Ему было так же плохо, как и в ночь после видения про змею, но казалось, что стоит только лечь, и скоро все пройдет.
          Он уже открыл дверь в спальню и зашел, как боль в голове резанула так, словно ему вскрыли череп. Гарри забыл - где он, и кто он, стоит или лежит.
          В ушах зазвенел демонический хохот… давно уже он не был так счастлив… ликуя, восторгаясь, торжествуя победу… замечательное событие произошло, просто замечательное…
          
          - Гарри? ГАРРИ!
          Кто-то дал ему пощечину. Безумный хохот смешался с возгласом боли. Ощущение счастья ушло, но хохот было не унять…
          Гарри открыл глаза, и тут до него дошло, что этим неконтролируемым смехом заходится он сам. Смех стих, как только пришло осознание, Гарри, задыхаясь, лежал на полу, смотрел в потолок, а на лбу ужасно пульсировал шрам. Над ним, в крайнем волнении, склонялся Рон.
          - Что произошло? – поразился Рон.
          - Я… не знаю… - Гарри, задыхаясь, сел. – Он так счастлив… так счастлив…
          - Сам-Знаешь-Кто?
          - Что-то хорошее произошло… - прошептал Гарри. Его трясло так же сильно, как после сцены нападения змеи на мистера Уизли, и было совсем плохо. – Произошло то, чего он ждал.
          Слова возникли так же, как тогда, в раздевалке гриффиндорской команды, словно устами Гарри говорил кто-то другой, при этом Гарри был уверен, что слова – правда. Он попытался перевести дух, чтобы его не вырвало на Рона. Хорошо, что Дина и Шеймаса нет, и на этот раз они его не видят.
          - Гермиона попросила меня сходить и проверить, как ты, - растерянно пояснил Рон, помогая Гарри встать. – Она сказала, что после того, как Снейп поиграл с твоим разумом, твоя защита ослабеет… не переживай, надеюсь, рано или поздно, будет польза… - доведя Гарри до кровати, он неуверенно взглянул на него.
          Гарри безучастно кивнул и рухнул на подушки, от неоднократных за сегодняшний день падений на пол все тело ныло, а боль в шраме так и не прошла. Он не мог удержаться от заключения, что первая попытка взять штурмом Окклюменцию вместо того, чтобы укрепить защиту разума, только ослабила ее, и мучился страшным вопросом - что же могло, четырнадцать лет спустя, так осчастливить Волдеморта.
          
          
          
          

---

          
          комментарии переводчика:
          
          ¹ Occlumency; название дисциплины оставлено без перевода только потому, что состоит из латинских слов: occlusio (ср.-век.) - запирание, скрывание & mens, mentis - настроение, рассудок, ум, разум. Хотя у англоязычного читателя, по всей вероятности, будет возникать аллюзия со словом occlude - преграждать, закрывать, утаивать. Вопрос о том, следует ли переводить эти дисциплины - открыт, если у вас есть пожелания, можно высказать их в гостевой.
          ² Snivellus; snivel - хныкать, распускать сопли; в оригинале кличка созвучна с именем и названием Дома
          ³ Legilimency; латинские корни названия дисциплины обозначают lego,legi - собирать, читать; limen - вход, дверь, граница; mentis - настроение, рассудок, ум, разум
          ⁴ Stinging Hex
          ⁵ Unspeakables
          ⁶ Headless Hats
          
          

---