Большая часть этого текста была написана до конференции, так что отзывом это можно назвать только с некоторой натяжкой (исходный его подзаголовок - "Измышления к конференции"). После конференции текст несколько раз редактировался, так что в него попали и чужие мысли. Если укажете - моментально сошлюсь.
          
           Как мне кажется, любой человек, пытающийся найти объяснения широкой популярности этого цикла книг, сталкивается с довольно серьёзными логическими трудностями.
           Нет никаких сомнений, что комплекс причин, приводимый в таких случаях скептически настроенными обозревателями, "имеет место": широкая рекламная кампания, лёгкий и живой язык, удачный выбор способа организации сюжетной линии, заимствование многих популярных решений и т.д.
           Вполне оправданным будет предположение, что именно комплексность этих причин, вместе с удачным временем появления и сделали этот цикл тем, чем он стал.
          
           Всё так. Но есть несколько обстоятельств, заставляющих усомниться в полноте и категоричности (в смысле исследования аксиоматик) этих положений.
          
           Рекламная кампания (и активная эксплуатация возникшей марки) были начаты издательствами далеко не сразу, а лишь после того как успех (в том числе коммерческий) стал свершившимся фактом. Да и рассчитана рекламная кампания на людей от 12 до 16 лет - и это серьёзное ограничение, реклама "для взрослых" строится по другим правилам . А возрастная группа, воспринявшая книги как нечто выходящее за рамки обычной сказки, намного шире.(Annabel, при публикации статьи на сайте www.neocortex.ru, указала на начало совершенно отдельной кампании. Моя горячая благодарность - даже не подозревал)
          
           Сюжетные решения "бытовой магии", "маги рядом", "обучения", использование фольклорно-сказочных персонажей - основа даже не книг, а огромных, популярных и сравнительно давно существующих жанров. Роулинг несколько раз даже обвиняли в сюжетном плагиате - настолько использованные решения структурно походили на использованные ранее, причём недавно. Описание жизни в английской частной школе-пансионе вряд ли злободневно для учеников школ России и Германии, где подавляющее большинство школ организовано кардинально "не так". Не говоря уже о том, что в англоязычной литературе школьные истории - давно известны и популярны.
          
           Книги Джоан Роулинг переведены на несколько десятков языков и далеко не везде этот перевод адекватен (хотя бы по общему уровню) оригиналу. Достаточно вспомнить судьбу российских официальных переводов: ДВЕ премии за "Худший перевод" и "Худшую редактуру" на четыре книги говорят о том, что не всё гладко. И даже такой перевод, несмотря на солидно "подправленный" язык и информационную подложку, снизив привлекательность текста, не сумел лишить её совсем
          
           Оставшихся аргументов явно мало для объяснения существующей ситуации. Должен быть какой-то механизм, действие которого сохраняется и без перечисленных особенностей.
          
           Рискну предположить - мы наблюдаем действие механизма "личного соотнесения", суть которого в доверии, в восприятии "мира JKR" как близкого, злободневного, своего. Можно сказать, что литературные тексты "Мэйн-Стрим" имеют на это намного больше оснований, но... Возьмусь возразить.
          
           Большинство (особенно детских книг) написано "в логике сюжета", а не в "логике модели" или "логике отношений и характеров". Разумеется, описания и "прорисовка" характеров - важнейшая часть работы, необходимейший признак литературы высокого уровня и класса, и тем не менее...
           Это приводит к сокращению "ненужных" подробностей. Выявлению некоторых черт за счёт остальных. Часто вся книга состоит своеобразных "ружей", развешанных для организации стрельбы, причём непосредственно "перед выстрелом" - они подчинены логике повествования, которое вовсе не является прямым описанием жизни.
           Или все эти подробности играют роль фона, создавшего персонажей, но мало влияющего на них во время действия.
           Эмоции, решения, размышления героев написаны за них, а то и продиктованы читателю автором. Да, это позволяет сказать и подчеркнуть очень многое. Вот только это ставит читателя на точку зрения стороннего наблюдателя.
           В итоге, персонажи для нас "не люди", а некие "фотографии", "картины", "скульптуры"... И если описывать отношение к ним - "Не мы", "Не я".
          
           Само по себе это не недостаток и не достоинство. Такая композиция - весьма эффективна, сильнейшие произведения написаны с её использованием, по отношению ко многим из них цикл слегка наивных детских сказок не просто не соперник, но даже не предмет для сопоставления. Примерка такого текста "на себя" - дело трудное. Требуется огромная практика, фантазия, а иногда и практические знания. Требуется труд.
          
           Книги Роулинг написаны не совсем так.
           Используя понятие "информационного потока" как обозначение поступления сведений, создающих наше представление о происходящем, упомяну некоторые (как мне показалось, присутствующие) приёмы:
           Во-первых, автор аккуратнейшим образом описывает события "из-за плеча" главного героя, только изредка упоминая о его мыслях. Мы получаем, по крайней мере формально, не фильтрованный информационный поток. Эмоции и реакции главных героев не "инструкция" автора, а скорее подразумеваемые выводы, которые читатель волен делать или не делать.
          
           Во-вторых, масса подробностей не имеет непосредственного и моментального влияния на события. В самом деле - так ли важно, что всенокль (на лотке во время матча) стоит десять галлеонов, что шоколадная лягушка может сделать только один прыжок, призрака зовут Николас де Мимси Порпиньон, для первого класса зелий необходим медный или латунный котёл, а первоклассникам ЗАПРЕЩАЕТСЯ иметь собственные мётлы... Но это то, что придаёт реалистичность информационному потоку книге, в "жизненном" аналоге которого "информационный шум" присутствует всегда.
           Конечно, подробности эти на самом деле появляются далеко не просто так, они всегда "работают" на повествование. "Просто" книги написаны так, что это не бросается в глаза.
          
           В-третьих описывается ситуация, близкая по личному опыту если не всем, то почти всем - состояние школьного обучения. И задействованные персонажи снова описаны именно поведением, словами, действиями и решениями... А они, как выясняется, не так уж зависят от предметов и системы обучения.
          
           В-четвёртых, аккуратность описания и в том, что можно увидеть те искажения, что внесены "точкой восприятия", отношением главного героя. Отделить события от эмоций и получить свои собственные не руководствуясь авторской "инструкцией по страданиям и душевным мукам".
          
           Наконец, книги "растут" и изменяются вместе с героем. И это делает их сильно отличными от всевозможных "воспитательных" романов, где герою не полагается менять характер, и речь идет не о живых людях, а о "моделях" разных педагогических теорий.
          
           И в итоге мы получаем ситуацию, когда текст книги создаёт ощущение присутствия. Воспринимать же даже те события, подоплёки и физической картины которых мы не знаем - все привыкли (NB - все работают с компьютером, но многие ли представляют себе физические принципы, задействованные в изготовлении и функционировании процессоров?).
           Уже не столь важно, что вместо телефона - голова в камине, почту приносит сова, что совершенно не ясно как выплатить налоги с продажи последней партии котлов, как построить защиту Гарри на заседании Уизенгамота, и кто может в Гринготтсе оформить кредит 'overnight', каков процент по депозитам, и время курсового доворота метлы...
           Возникает ощущение, что это просто есть. И действуют там люди, относительно которых мы можем выдвинуть все привычно необходимые предположения о характере, привычках, занятиях...
          
           Личное соотнесение себя с описанным миром, восприятие его именно как отдельно существующей реальности - вот как мне бы хотелось назвать это ощущение.
           Понятно, что книга всё-таки не кино, не виртуальная реальность, что законы книги и её чтения продолжают здесь действовать, но баланс получается немного другой.
          
           Надо сказать, что для взрослых и детей это дало разные эффекты.
           Дети получили возможность "сживаться" с книгой, воспринимать её как "фантазийный" фильм. Для того, чтобы добиться такого эффекта при чтении "обычной" книги - нужно приложить значительные усилия, а то и знания. Здесь же композиция и стиль книги значительно облегчают эту задачу, оставляя свободу "творить" образы героев и... соотносить себя с ними.
           Возможность "проживать" книгу - возможность редкой привлекательности. Разумеется, это вовсе не означает, что, прочитав эти книги, человек будет готов приложить уже намного большие усилия для "проживания" книг обычных.
           Здесь с сожалением приходится заметить, что англоязычным детям возможность воспринимать книгу как яркое описание близкой реальности предоставляет, наверное, в первую очередь язык книги, "блистательно" уничтоженный официальными переводчиками (что, на мой взгляд, просто блистательно показано в докладе Светланы Егоровой). Как мне кажется, в результате в процентном соотношении в неанглоязычных странах поклонников-взрослых должно быть больше.
          
           Для взрослых, особенно имеющих более солидную практику чтения самых разных текстов, в этой книге есть и другие привлекательные особенности - загадки, необозримое поле для поиска аллюзий (доклад Ирины Егоровой не оставляет в этом никаких сомнений), изучения упомянутых фактов и тому подобное. И привлекаются к этому те методы, которые мы привыкли использовать: сбор сведений, анализ источников, моделирование, структурный анализ... Осознанно или нет, многие начинают подходить к книге не просто как к сказочному повествованию, а как к своеобразно описанной части реального мира. Язык здесь менее важен - фантазия и опыт взрослого гораздо меньше нуждаются во вспомогательных средствах.
          Предположу, опираясь на доклад Линор Горалик, что важнее ощущение свободы, гибкости и... некоторой неудовлетворённости текстом.
          
           Отличие отношения не остаётся без последствий. Некоторые из них очевидны, и успех книги - одно из них. Для множества людей такая схема организации потока информации оказалась более привычной, чем в обычной книге, тем более - сказочной.
          
           Кроме того, воспринимая это именно как личный информационный поток, но уже изложенный кем-то в письменном виде, многим захотелось сыграть в этот мир самостоятельно.
           Письменный мир подвластен автору и это стало для многих огромным соблазном.
          
           Жанр "Выдуманных поклонниками историй" был известен задолго до книг о Гарри Поттере. Достаточно вспомнить многократно упоминавшуюся манеру "дописывать продолжения", тысячи текстов поклонников Джона Рональда Руэла Толкиена, фантастических сериалов и т.п.
           Но тем не менее, книги Роулинг породили в ДЕСЯТКИ раз больше текстов такого рода, нежели все остальные вместе взятые. Не последнюю роль сыграло в этом и то, что пик популярности этих книг пришёлся на время, когда уже существовала информационно-комуникационная среда, позволяющая таким людям найти друг друга и организоваться в достаточно крупные, самоподдерживающиеся сообщества.
           Сила исходных книг такова, что и произведения фанатов крайне разнообразны. Фактически, каждый может найти там свою нишу - плотность сообщества это позволяет. Именно это разнообразие людей и характеров делает эти сообщества живыми и интересными. Существование их, и причины, заставляющие людей к ним примыкать, очень разнообразны.
           Во-первых, само это занятие служит своеобразной "лакмусовой бумажкой", тестом на отбор возможно близких по духу людей, причём и с эмоционально-личностной, и с интеллектуальной точки зрения. Это некоторый ценз - далеко не всякий, прочитав книгу, станет искать подобные вещи, воспринимать что-то написанное по мотивам другими людьми и т.д.
           Во-вторых, с такими людьми оказывается легче, приятнее, и продуктивнее общаться. Не в последнюю очередь и потому, что терять с таким трудом найденное сообщество близких мало кто рискнёт.
           В-третьих, в какой-то мере здесь присутствует и эскапизм, стремление создать управляемую реальность, более эмоционально значимую, чем близкая территориально и ситуационно.
          
           Очень интересно наблюдать, как разделяются по группам и интересам люди этого сообщества.
          
           Иногда основная цель - общение и только общение, тогда и порождаемые тексты, наивные, непрофесиональные и часто скверно написанные находят тех, кто видит в них СВОИХ. Само произведение играет подчинённую роль.
           Иногда - борьба с собственными страхами и комплексами.
           Иногда - интеллектуальная и историческая игра, поиск тех, кто упоённо сыграет в неё с автором...
           Иногда - тренировка языка или/и желание поделиться найденным произведением - переводчику будут благодарны за сделанные переводы те, кто сам не мог прочесть текст на языке оригинала.
          
           Конечно, очень часто при написании текста (для многих - вообще первого самостоятельного) на свет всеобщего обозрения выносятся и личные желания, мечты, представления о чём-то волнующем и так далее. Не менее часто на героев переносят и собственные ощущения и чувства, не взирая даже на пол героя.
           Как ни странно, сообщество обычно готово найти что-то своё даже в тех текстах, которые у обычных людей вызвали бы только негативную реакцию - именно потому, что многие хотят это хорошее искать, готовы принять мнение и поддержать игру, что делает намного интереснее любое произведение.
          
           Масса целей - и каждый находит "своих" людей. Что не менее существенно - и положительные эмоции.
           Остаётся только поблагодарить автора мира за пространство, коим мы пользуемся для своих игр.
           "Не претендуя на героев Джоан Роулинг и не получая коммерческой выгоды..."